— Богато живешь!
— Только не прибедняйся! Я никого из вас не обидел! Все получили, как договаривались!
— Тише ты! С ума сошел!
— А что такое? Мало ли про что мы говорим... Да тут и нет никого.
— А это кто там?
— Синяк один... машину мне сторожит.
— Прогони его!
— Ты совсем спятил! Он алкаш, я его здесь сто раз видел! Везде тебе ФСБ чудится... умрешь со страху скоро.
— Можно подумать, ты не боишься.
— А чего мне бояться? Все было — и прошло! Поехали в кабачок, поужинаем. Разговор есть.
— У меня нет денег на кабаки, — с горечью проговорил приезжий.
— Ну ты и жлоб! Ведь посадят — даже потратить не успеешь! — и Винтик жизнерадостно захохотал.
— Сплюнь, дурак! Мне все время кажется, что за мной следят...
— Ладно, садись в машину! Не на холоде же нам разговаривать.
— У тебя там “жучков” нет?
— Ты параноик, Тимур!
Хлопнули дверцы “сааба”. Морзик, скорчившись, присел на ступеньку в двух метрах от машины и по связи кратко передал Кляксе содержание разговора.
— Эх, надо было мне “ухо” взять! С такого расстояния я бы услышал, о чем они сейчас говорят!
— Не услышал бы.
Они двигатель запустили. Движок все заглушит, я проверял.
— Греются, г-гады!.. — стуча зубами, сказал Морзик, ежась на ледяном бетоне лестницы.
— Посиди, сколько сможешь, потом Дональд тебя подменит. Пойдет бутылки собирать.
— Я ему свою... оставлю-у!..
Ждать, на счастье Вовки Черемисова, пришлось недолго. Щелкнул замок и раздался возмущенный голос приехавшего на электричке мужчины:
— ..
.раз и навсегда, понял! Эти авантюры не для меня! Я даже списывать никогда не умел, всегда попадался!
— Извини, но я уже дал твой адрес и телефон. К тебе подъедут. Да чего ты затрясся? Они культурные люди! Скажешь “нет” — и все! А может, передумаешь? Обещают хорошие деньги. Поделиться не забудь!
Мужчина замахал руками в волнении, даже ногой притопнул.
— Уезжай немедленно! Проваливай! Не надо меня провожать, сам дорогу знаю! Мы не должны с тобой встречаться! Это компрометирует нас обоих! Забудь обо мне, понял?!
— Да пожалуйста! Тебе же помочь хотел! Шизофреник!
И Винтик, врубив передачу, уехал.
Незнакомец, оставшись один, принялся пристально и подозрительно разглядывать скрюченную фигуру вконец замерзшего Вовки Черемисова. Это длилось несколько минут. Наконец Морзику стало невмоготу.
— У-у-у... — потихонечку угрожающе завыл он, прибавляя в голосе. — У-у-у! Зачем я ее зарезал? Зачем?!
Он поднял голову, оглядываясь будто в недоумении.
