Но он видит, что я смотрю поверх этой планеты, над которой мы летим, он знает, что у меня есть вся полетная информация, ведь все же я сижу за штурвалом. Или как тут это называется? Ручка управления? Нет, «штурвал» звучит красивее.
А самое главное — он знает меня."
"Поэтому он отвечает именно на тот вопрос, который я задал:
— Меньше миллиарда. Сильно меньше. Как все движется, так, может, сейчас и полумиллиарда не наберется. По Китаю давно данных не поступало, а там было совсем плохо.
— И где дно? — Мой следующий вопрос более однозначный.
Но, думается мне, ответить на него сложнее.
Богослов пожимает плечами. Он, Богослов, не предсказатель и не аналитик.
Он всего лишь из тех обреченных, что пока живы.
Я чуть двигаю ручкой, уводя вертолет в сторону. Не потому что это требуется нашим маршрутом, а лишь для того, чтобы взглянуть на остальных.
Мы летим недалеко друг от друга, на двух вертолетах.
Нам хватило бы и одного. Слишком мало нас осталось. Богослов, я. Тюжок, до сих пор слегка медлительный, но в остальном вполне здоровый.
Здоровее многих других. Призрак остался на базе. Как ни странно, мой напарник сумел восстановиться быстрее, чем он. Даже кость на ноге неплохо срослась, хотя он и прихрамывает в специальном корсете, который снимать еще рано. Бегать вприпрыжку он не сможет. Но просто бегать — вполне.
А Призраку, наоборот, стало только хуже в последние дни. Так бывает, особенно когда применяются препараты интенсивной терапии. Особенно когда за ремонт твоего тела берутся наноботы.
Самый здоровый после меня, наверное, Ыть.
Он четвертый. Еще есть Зулло. Боец из отделения Гота. Левой рукой он сейчас предпочитает не двигать. Бережет. Но перед высадкой он вколет бланк, который уберет боль, вернет подвижность, даст возможность не отстать от остальных. На время, и плата будет высока. Но оплата — по факту, а до этого еще надо дожить. Легко делать покупки, не сильно надеясь на то, что доживешь до времени наступления оплаты. Так что Зулло — пятый.
Это все. Нас ведет Тоско, шестой.
Это все от взвода, но не все от людей.
Есть еще Зомбовед. Первая кличка, которую дал лично я, кстати. Он шустрый, почти такой же шустрый, как я. Конечно, ничего не умеет, но он хотя бы не поломан, как остальные.
Были споры, много споров, будет ли реальная помощь от гражданских. Но идти вшестером в место, что зовется «Кладезем бездны», одно из самых охраняемых мест в стране, пусть и в прошлом, — это полная безнадега. Поэтому мы летим вдевятером.
И сразу совсем другой расклад.
