Точно как на небесах

– Одну или все-таки две?

– Трудно сказать, – ответила леди Уинстед. – Он не все проглотил.

– Мне пришлось вытереть ему подбородок, – вставила Гонория.

Доктор ничего не сказал. Он снова приложил ухо к груди Маркуса, губы его двигались, как будто он считал про себя. Гонория молчала, сколько могла, потом не выдержала и спросила:

– Доктор, э…

– Уинтерс, – подсказала мать.

– Да, доктор Уинтерс, пожалуйста, скажите, неужели мы дали ему слишком много настойки опия?

– Не думаю, – ответил доктор Уинтерс, не отрывая, впрочем, уха от груди пациента.

Гонория в ужасе приложила руку ко рту. Она не подозревала, что у него слишком неглубокое дыхание. Она даже подумала, что он дышит спокойнее.

Доктор снова выпрямился и повернулся к ноге Маркуса."

"– Очень важно, чтобы у меня была вся необходимая информация, – резко произнес он. – Я беспокоился бы гораздо больше, если бы не знал, что вы дали ему настойку опия.

– Вы не беспокоитесь? – недоверчиво спросила Гонория.

Доктор Уинтерс пронзил ее взглядом.

– Я не сказал, что не беспокоюсь. – Он снова повернулся к ноге Маркуса и пригляделся. – Я сказал, что беспокоился бы больше. Если бы его дыхание было таким неглубоким без настойки опия, это свидетельствовало бы о действительно серьезной инфекции.

– То, что у него сейчас, не серьезно?

Доктор снова раздраженно посмотрел на Гонорию. Он определенно не был благодарен ей за лишние вопросы.

– Будьте добры, воздержитесь от комментариев, пока я не закончу осмотр.

Гонория почувствовала, как заливается краской, но отошла. Она будет вежлива с доктором Уинтерсом, даже если ее это убьет; если кто-то может спасти Маркуса, то это он.

– Расскажите мне подробно, как вы чистили рану, – потребовал доктор, оторвав взгляд от ноги Маркуса. – Еще я хочу знать, как она выглядела изначально.

Гонория и леди Уинстед по очереди рассказали, что делали. Он, кажется, одобрил их или по крайней мере не высказал неодобрения. Когда они умолкли, доктор еще раз взглянул на ногу Маркуса и глубоко вздохнул.

Гонория мгновение подождала. Доктор, похоже, думал. Но черт побери, он думал долго. Наконец она не удержалась.

– Каково ваше мнение? – вырвалось у нее.

Доктор Уинтерс медленно заговорил, как будто думая вслух:

– Он может сохранить ногу.

– Может? – переспросила Гонория.

– Еще слишком рано говорить точно. Но если он ее сохранит, – он взглянул на Гонорию и леди Уинстед, – то исключительно благодаря вашим усилиям.