Ну и это… как сказать… ты знаешь, наверное, как называется…
— Да, точно. В общем, я ничего такого в кровати делать не могу, но чувствую себя с бабой под боком… немного живым, наверное. Последнее, что ещё чуть-чуть делает меня человеком. Вот.
Ойли поднял глаза к небу. Не на дракона: просто на звёзды. Смотрел и почти не дышал.
— Хорошая история, Гор.
Тут стоило сказать «спасибо», однако я промолчал. А потом Ойли бросил мне маленький, но туго набитый кошель.
— Вторая часть платы, как договаривались. И ещё… — эльф извлёк другой такой же мешочек. — Вот. Бирну его доля уже не потребуется, на той стороне бытия деньги бесполезны. Возьми себе.
— Условия оговариваются до начала работы и более не обсуждаются. Работает при любой сделке, в обе стороны. Правила всегда одни. Я не возьму больше, чем условлено.
Это понравилось Ойлимайоллмэйру ещё сильнее, чем рассказ о моих странных привычках.
Второй кошель всё-таки полетел к моим ногам.
— Возьми. Но не как долю покойного Бирна: я уважаю твои принципы. Пусть это будет аванс за новую работу.
— Митринидидат — только начало. Мне плевать на этот край и на энтов: просто нужно было обзавестись аргументом для непростого разговора с королём. Теперь мой путь лежит в столицу. Она далеко, по дороге много опасностей, а при дворе — ещё больше. Пригодится кто-то вроде тебя. Кто-то вроде паладина понтифика Милто. Честного наёмника. Того, кто пытается быть человеком, хотя для него это давно уже невозможно.
Долго размышлять над ответом не пришлось. Хорошие деньги, интересная работа. Интригующий своими стремлениями наниматель. Что ещё нужно? Какие тут могут быть причины «против»?
— Хорошо. Но условия обсуждают заранее, ты уже в курсе. Так что…
Я уселся на снег, приглашая эльфа к долгому, обстоятельному разговору.
— …так что рассказывай: чего ты хочешь от короля Горольда?
