Токсичная любовь

– Какого черта вы несете. Я не трогал никого! – зашипел, когда омоновец схватив меня за предплечье, резко вздернул наверх, заставляя подняться.

– Вперед пошел, сука, – раздалось за спиной рычание с последующим толчком. Это вывело меня из оцепенения. Только сейчас я понял, что происходит. Полицейский упомянул имя Лены. Черт, что это сука наговорила?

Они потащили меня прочь и мой взгляд зацепился за Регину. Она стояла около стены прижимая руки к сердцу и плакала.

– Не слушай их, Регина, я бы никогда так с тобой не поступил, – меня вывели из кабинета, я пытался вырваться, повернулся назад, чтобы еще раз посмотреть на Вольскую, – Это все ошибка.

Она кивнула. Ее лицо, искаженное в гримасе боли и испуга, ее наполненные слезами, воспалённые глаза – этот образ надолго врезался в мое сердце. Меня скручивало до тошноты от понимания того, что я снова сделал ей больно.

Я ее обманул. Вечером меня так и не выпустили…

Слезы застилали глаза. Мои пальцы отказывались слушаться и упорно набирали совершенно не тот контакт.

– Доченька, привет, – только когда из динамика телефона раздался голос папы, я смогла хоть немного взять себя в руки.

– Па—ап, они…они забрали его, – вместо слов выходит мычание. Меня душат слезы, а стоящий посреди горла ком мешает сделать полноценный вдох.

– Стоп, Регина, успокойся. Попытайся выдохнуть и скажи мне нормально, что случилось? Я ведь так не смогу помочь, – произнес папа строгим тоном.

Досчитав до десяти, попыталась выдохнуть. Отстраниться. Не думать, не вспоминать ту картину, когда ужасные люди заковав Захара в наручники увели его в неизвестном направлении.

– Захара…его арестовали, папа. Это какая-то ошибка. Они просто ворвались и забрали его..

– Значит натворил что-то твоей Захар.. – устало вздохнул отец. – А я говорил тебе, не связывайся ты с ним… Тебя не трогал никто?

– Нет, папа, не трогал. Я прошу тебя, помоги ему. Я знаю, ты не принимаешь мой выбор, но Зар… Папа, я не вынесу, если с ним что-то случится…

– Хорошо. Я позвоню Игнатову. Но Регина, делаю это только для тебя.

– Главное, чтобы он помог ему, пап.

Отец обещал позвонить как только станет что-то известно. На работе находиться я не могла. От нервов у меня разыгралась жуткая мигрень. Да и думать я не могла ни о чем, кроме Захара.

Дома напившись успокоительного, первый час словно зверь в клетке носилась по квартире из стороны в сторону. Спустя час приехала Дашка. Подруга услышав в трубке телефона мой голос, тут же бросила все дела и примчалась.