Толян и его команда (СИ)

Игорь Леонидович мнётся, он не хочет терять общество симпатичной директорши, но и разборок не любит.

— Звони, я тоже хочу! Пусть приедут, а ты пожалеешь! — уже отошёл от моего тычка Гуцаев. — Что я скажу им, то и будет!

— Толя, что ты, давай сами все решим, — ещё раз предлагает тренер.

— Не решим, мне хочется узнать, кто этот хозяин гостиницы и милиции местной, — качаю головой я.

— Заходим, и чтоб без глупостей, — командует всем Саня.

В голове два варианта решения проблемы: через Красноярск или через Москву.

И там и там в МВД меня знают. А нынешний начальник УВД Красноярска Шматков сам разрешил звонить ему, даже на домашний. Это, кстати, не из-за моих связей, в нашей секции занимается его сын, так что такой же блат есть и у Игоря Леонидовича, правда, мой авторитет у парня как бы не выше.

Переговорный пункт тут рядом с гостиницей, но боюсь, может, он закрыт уже, но из гостиницы тоже можно позвонить. У нас в номере лежит папочка, тиснённая золотой краской, со всеми услугами гостиницы.

Там и такая услуга наличествует. По времени больше подходит Москва, помощник Власова должен быть на месте. Но дергать целого министра …, даже если он хорошо ко мне относится! Реально не хочу напрягать людей, поговорю как член бюро горкома ВЛКСМ пока, благо, корочка с собой. В любом случае простым разговором с таким наглючим аборигеном не обойтись.

— Примите вызов, гостиница… хулиганы… проверить личность, — Саня вызывает наряд.

— Дай я поговорю! — пытается куда-то позвонить наш недруг, очень неразумно для себя отпихнув меня с дороги.

Я чуть запнулся даже, но не упал, а развернулся, делая полшага назад. Морда у Гуцаева красная и злая, он опять тянет руку для того, чтобы меня пихнуть в сторону. Да ну нафиг.

Серия из нескольких ударов по корпусу роняет дядю на диван. На это меня сподвигло несколько вещей. Во-первых, из ресторана вышла уже несколько нетрезвая директорша — пусть посмотрит на своего кавалера, во-вторых, — мало ли кому он собрался позвонить, ведь могут вместо милиции приехать ещё человек десять — пешки или прикормленные блюстители порядка, ну и, в-третьих, — провоцирую дядю на ответку, хотя бы в виде мата.

— Толя, прекрати его бить, — возмущается Игорь Леонидович. — Сейчас сдадим в отделение, пусть посидит суток пятнадцать!

— Он меня ударил, я чуть не упал! Это защита. Я что, и защищаться не могу?

И совсем не факт, что его туда заберут, может он какой блатной.