Только для нас

Меня никогда еще не целовали…

И тем более, не целовали так…

Ощущение падения, вихря, кружащего меня, кружащего, кружащего…

Неожиданно острая боль от прикушенного соска.

Я изумленно распахнула ресницы, не понимая, что происходит.

Они меня словно в воронку черную за собой утянули, беспросветную.

И Тим, уже оторвавшийся от моих губ и сладко кусавший шею прямо возле бешено стучащей венки, и Ванька, склонившийся с высоты своего роста к моей груди и теперь терзавший мокрые уже не от ливня, а от его слюны соски губами…

Внезапно всего этого стало невероятно слишком для меня, небольшой просвет в голове сделал свое дело, я вскрикнула и, непонятно, каким образом, сумела вывернуться из их рук.

Отшагнула вглубь сарая, прикрывая голую грудь и нелепо выставляя перед собой ладонь.

— Нет… Вы… Вы что? Нет…

Они стояли передо мной, такие разные и такие одинаковые сейчас, с одинаково голодными взглядами, с бешено рвущимся из ходящей ходуном груди дыханием…

И я ощущала, как разбуженное их непрошенными, странными для меня ласками тело дрожит, как губы не могут выговорить слова, те самые, способные остановить их.

— Я… Я пойду…

Мне нужно было только выбраться отсюда, как-то обойти их обоих, друзей моего бесшабашного детства, в одно мгновение ставших опасными и пугающе-притягательными.

Мне нужно было найти слова, чтоб достучаться до них, чтоб включить мозги. У всех. И у меня, в том числе.

Потому что губы горели, шею жгло, а грудь, потеряв так нужную ей ласку, требовательно ныла.

— Вет… Слушай… Ну разреши, а? — голос Ваньки звучал на удивдение жалобно, просительно даже, — Ветк… Дай… Ну, пожалуйста… Пожалуйста… Пожалуйста… Хочу тебя, сил нет…

— Что? Что? — задушенно шипела я, отходя все дальше и дальше в глубь сарая, желая хоть как-то выползти из-под их бешеного влияния.

— Вета… Блять… — разговоры никогда не были сильной стороной Тима, им он предпочитал действие.

И сейчас тоже сделал выбор в эту пользу, просто шагнув вперед. Ко мне.

Следом за ним, словно брат-близнец, двинулся Ванька.

— Нет… Я не… Да вы что? — торопливо зашептала я, отступая назад и пытаясь под их горячими взглядами вернуть на место болтающуюся на талии майку.

— Пожалуйста, Вет… Пожалуйста…

Ванька шептал эти, такие простые и такие безумные слова, и я не хотела понимать, что именно он хочет от меня. О чем просит… Не хотела впускать себе в голову это."

"Тим не говорил больше ничего. Просто двигался ко мне.

А я - от них.