Только М.А.Т или иномирянка со своим уставом

Меня по всей академии преследовали тычки пальцами, смешки, даже учителя умудрялись ненавязчиво подколоть, а всё по тому, что я сглупила череп себе проломить. И ужас этот крылатый вечно все комментирует, причем достаточно громко, чтобы все слышали и возбоялись немедля, а сам шкерится где-нибудь под потолком на балках и не выковырять же. Кто-то попытался к нему магию применить, но я быстро предприимчивых осадила, пообещав все кости переломать, как и свой череп недавно. Все поржали, но угомонились.

Вот тут-то до меня и дошли масштабы свалившейся мне на голову проблемы. Во-первых, передо мной на полигоне стояло тринадцать Ванпайров, все мужского пола, все с крайне недовольными рожами, что сказало мне об их недружелюбном отношении к своему взводному, то бишь мне. Во-вторых, все они стояли сами по себе, ни о каком командном духе и речи не идет. В-третьих, я вдруг поняла, что не справлюсь с задачей.

Среди моего взвода стоял ЧП, причем усиленно делал вид, что меня не существует, отлично просто. После сегодняшнего инцидента, он, наверное, сильно зол, но ведь и у меня выхода не оставалось. Горло непривычно полыхнуло огнем, вот только жажда была не такой сильной как раньше, лишь слабый отголосок. Но вполне терпимо, я даже улыбнулась от приятного ощущения.

— Взводный! — проорал со спины учитель О’Шен.

Я дернулась, вытянулась по стойке смирно и громко отчиталась.

— Я! Все в сборе, учитель!

— Все в сборе, мучитель! — вторил крылатый с моего плеча.

Я скрипнула зубами и дала мелкому поучительный подзатыльник, но не рассчитала силу и зло во плоти с диким визгом устремилось к земле. Несколько секунд с его стороны движения не было, а затем все-таки его крылышки затрепыхались.

— Да чтоб я сдох, так шутить…

— Чтоб ты вообще сдох — ответил ему О’Шен.

Я недобро взглянула на учителя, но тот лишь усмехнулся и перевел взгляд на мужчин.

— Вас здесь собрали с одной единственной целью. Донести до вас, что все вы, подчиняетесь теперь адепту Нир. Она является вашим наставником, учителем, товарищем, папой и жрецом-отпустителем. Вы должны во всем ей подчинятся, даже в туалет ходить, спросив у нее, это ясно? — по мере того, как он говорил, глаза ребят всё сильнее округлялись, а я старалась не выказывать эмоций.