Только между нами (СИ)

А у него Стеллы нет, так что он в любом случае проиграл. Вот пусть с этим и остаётся.

— Привет… — растерянно тянет Ирина в ответ на моё бодрое приветствие. — А ты… Я думала, ты всё…

— Я всё. Пришёл документы подписать и забрать трудовую.

Желая избежать повисшей неловкости, я ускоряю шаг. С тех пор как я восстановил сим-карту, Ира ни разу не попыталась узнать, как у меня дела. Вообще никто из офиса не попытался, кроме Алёны.

Марьина написала дня три назад, спросила, чем занимаюсь. Я так понял, на работе не в курсе, что я лежал в больнице.

Оно и к лучшему, конечно. Просто… Хер знает. Странное какое-то ощущение. Ирина раньше едва из-за стойки не вылетала при виде меня, а сейчас глаза прячет. Впрочем, на это мне тоже должно быть по хер. У всех свои тараканы.

В отделе кадров просят написать заявление, датированное тем самым днём, когда гэбээровец Саша сломал мне челюсть. Подруга Стеллы тоже ведёт себя не как обычно: говорит мало и исключительно по делу, хотя всегда сыпала шутками.

— Ну вот и всё вроде бы, — произносит она на прощание.

 — Спасибо, что сразу заехал.

Деньги, заработанные за три недели, мне, разумеется, никто не выдаёт. Тоже похер. На такую лояльность со стороны Родинского я и не рассчитывал.

По пути к лифту встречаю ещё пару знакомых, но и они ведут себя так, будто видят меня впервые. С другой стороны, почти месяц прошёл. Чего им особенно радоваться?

Когда двери кабины начинают съезжаться, в них неожиданно протискивается Алёна.

— Увидела тебя и решила воздухом подышать, — поясняет она с натянутой улыбкой.

Мне приятно, что решила. Потому что… Ну чёрт его знает… Мне казалось, что с ней, Иркой и Семёном мы по-настоящему сдружились.

— Ты работаешь где-то сейчас?

— Пока нет. Через час у меня собеседование.

— А… отлично. Желаю удачи.

— Ты звони, если что, — говорит она через паузу. — Всегда буду рада увидеться. И просто знай, что слухам я не верю.

— Каким слухам? — переспрашиваю я, внезапно ощущая, как пол под ногами превращается в вибрирующую платформу. Я ведь чувствовал, что что-то должно было быть.

Что атмосфера в офисе странная.

На крыльцо я выхожу в откровенном ахуе. Машинально ощупываю карманы в поисках сигарет, на мгновение забывая о том, что давно бросил. Сейчас мне необходимо чем-то занять кулаки, чтобы от ярости не стесать их о ближайшую стену. А лучше — о морду Родинского. Мудак пустил по офису слух, что я сливал информацию конкурентам. Якобы из-за меня полетел один кассовый проект, на котором он потерял миллионы.