Только между нами (СИ)

Одно дело — когда имеется недопонимание между участниками отношений, и другое — когда в них вмешивается кто-то третий.

Я поднимаю глаза. Над столом возвышается Марьина. На губах сочная помада, тёмные волосы уложены пышными волнами. Хорошенькая такая. Ну вот куда этот гениальный придурок смотрит? Полжизни готов отдать за то, чтобы увидеть меня голой. Поднимись он к Алёне в номер — мог бы потратить каких-то пару минут и хорошенько потрахаться. С другой стороны, с чего я взяла, что он этого не сделал? Едва ли в его возрасте возбуждение снимают получасовым разглядыванием потолка и контрастным душем.

— Доброе, — отвечаю я и киваю на соседний стул. — Присаживайся.

— Не помешаю? — Алёна начинает радостно улыбаться.

Кажется, у неё прекрасное настроение. Может быть, и правда ночь удалась.

— Не помешаешь. Официант сейчас подойдёт.

Матвей появляется сразу после того, как мы делаем заказ. Остановившись посреди зала, крутит головой по сторонам и, когда замечает нас, начинает уверенно идти вперёд.

— Доброе утро, — бодро объявляет он и, не спрашивая, занимает стул между мной и Алёной. — Как спалось?

Ожидаемо: ни смущения, ни бегающих глаз. Он явно недавно принимал душ, потому что волосы немного влажные. Рубашка тоже свежая. Тут не придраться. Молодец.

— Я спала просто отлично, — отвечает Марьина, придавая лицу выражение неземного удовольствия. — Здесь такие подушки, что я сразу отключилась.

Не похоже, что это разыгранное для меня представление. Кажется, она действительно спала одна.

— Прекрасно, — сухо бросаю я, снимая блокировку с мобильного. — Не имею проблем со сном.

Разве это не повод на него злиться? То, как я себя веду сейчас? Прячу глаза в телефоне и говорю тоном озлобленной школьной директрисы. Своим присутствием ему всякий раз удаётся выбивать меня из комфортного состояния.

— А ты сам как спал? — Алёна плавным движением перекидывает свои роскошные локоны через плечо, отчего над столом разносится аромат её парфюма.

— Уснул только под утро. Увлекло местное телевидение.

Воображение неожиданно побрасывает мне кадр гостиничного номера с голубоватой подсветкой включенной плазмы и Матвеем, лежащим на кровати в рубашке и в брюках. К щекам и мочкам ушей подбирается тепло.