Только не он! или Как выжить в академии?

Я решила прогуляться перед сном…

– Одна? Ты же знаешь, что сейчас это не безопасно?

– Я не одна, я… с Морисом, – услышав свое имя, поросенок вылетел из-под кровати, где протер весь пол своим брюшком. Громко хрюкнув, он спрятался за моими юбками, откуда принялся поглядывать на Дарела так же тревожно, как и я. – На самом деле я переживала и хотела узнать, как прошел твой разговор со стражами.

– Ничего особенного, – он прошел мимо, сел на край кровати и устало провел пятерней по волосам. – Хотели узнать, как мы с Буном попали в склеп.

– В суде? – выпучила я глаза.

– Рубена уже завтра доставят в Барлеан и передадут ищейкам. И да, его будет ждать королевский суд, ведь он подданный Леопольда, – Дар выглядел таким уставшим, что в иной ситуации я бы его пожалела, но сейчас мною владел один только страх. Хотелось вырваться отсюда, спрятаться в своей комнате, и чтобы все случившееся оказалось кошмарным сном.

– У тебя тут так аскетично, – подкрадываясь спиной к выходу, я делала вид, что рассматриваю комнату, но взгляд упорно стремился к сундуку. – Никаких личных вещей…

– В этой комнате я только ночую, – пожал он плечами. На красивых губах расползлась знакомая мне усмешка, при виде которой, сердце сжалось от боли. – Я бы устроил тебе экскурсию, но очень устал. Прости.

– Раз уж ты здесь, не хочешь сделать мне расслабляющий массаж, колючка? – он подмигнул мне и в этот момент так напомнил того, прежнего Дарела.

– Нет, – я покачала головой. – Мне нужно идти. Алеена ждет… Завтра турнир, тебе тоже не мешало бы выспаться.

И прежде, чем он смог вымолвить хоть слово, выскочила в коридор.

В забеге до женского крыла среди нас с Морисом победителей не нашлось. Затормозили секунда в секунду. А когда я потянулась к ручке двери, та резко открылась и на меня уставились полные тревоги зеленые глаза.

– Алекса, слава создателю! – всплеснула руками Алеена и отошла в сторону, давая нам с Морисом пройти внутрь. – Вернулась, а тебя нет. Уже хотела бить тревогу. Где ты была?

Неподдельное волнение в ее голосе стало последней каплей. Издав приглушенный стон, я бросилась в объятия подруги, желая хоть на некоторое время заглушить сдавливающую нутро боль.

– Дарел… он… он… – икала я, не в силах произнеси самое страшное.