Только не рядом

И уже через полчаса работа проходит быстрее. Пару раз ко мне поворачивается Рома и спрашивает, не нужна ли мне помощь. На что я говорю, что нет, задание легкое. И правда, через два часа я с уверенностью могу попросить работу посложнее. Но не успеваю, так как слышу успокаивающую мелодию. Сначала даже не понимаю, откуда это. Но потом вижу, как все выключают или блокируют своим компьютеры и начинают вставать с мест.

— Йога и обед, — поясняет Рома.

И только сейчас я вспоминаю, что ведь слышала об этом от Николая Федоровича.

— А, да, точно, — тоже встаю со своего места. — Слышала об этом. Интересно у вас, конечно, тут.

— Да, директор хочет, чтобы мы двигались, все же у нас больше сидячая работа, как видишь. Чтобы вели здоровый образ жизни, — объясняет Рома.

— Да, не жалуемся. Слушай… — он немного покраснел, пока делал паузу, — не хочешь со мной пообедать? Покажу тебе самые вкусные обеденные наборы.

— Конечно, я… — хотела сказать, что с удовольствием пойду, но не успеваю и слышу обманчиво-спокойный голос Влада.

— Она с тобой никуда не пойдет!

— Она с тобой никуда не пойдет, — слышу я за спиной обманчиво-спокойный голос Влада. Он проходит мимо меня и встает между нами с Ромой.

— Ты идёшь один, — наклоняется он к нему.

Не знаю, что видит в его глазах Рома, но из покрасневшего парня он сразу же превращается в бледную моль.

— Можешь уже сваливать. Выход знаешь где.

— З-знаю, — заикаясь, ответил Рома. Он остановился рядом со мной и тихо проговорил, не смотря в глаза: — Обед закачивается в три.

— Спасибо, — тихо ответила я.

За ним закрывается дверь, и мы опять в полной тишине. В моей душе творится ураган. Как только я хочу пообщаться хоть с кем-нибудь, он не дает мне. Делает все, чтобы я была только с ним. Как послушная кукла. Всегда рядом, возле него. Мне хочется плакать, но я сдерживаюсь, опять надевая маску равнодушия и покорности.

— Вижу, ты быстро нашла новых друзей, — первым нарушает молчание Влад. Облокотившись на один из столов, он крутит в руках модельку маленького корабля.

— Уже нет, ведь ты пришел, — не смогла не съязвить я.

— То есть я помешал? — спрашивает он, выгибая бровь, все тем же обманчиво-спокойным тоном.

Я не отвечаю. Зачем говорить, если это и так очевидно. Опять хочет показать, что я должна быть только рядом с ним, прикрывая это все заботой.

— Я попрошу Николая Федоровича, чтобы он перевел тебя ко мне, — констатирует он.

После его слов моя маска равнодушия все же трескается.