Только не рядом

— Завтра к нашим друзьям-соседям приезжают дети из-за границы, — начинает Елена как ни в чем не бывало. — Они просятся к нам в гости. Нужно встретить их как подобает.

— Хорошо, — поддерживает жену муж. — А напомни мне, кто у них?

— Дочь Марго и сын Филипп.

— Да-да, что-то слышал. Филипп, по-моему, старше? — хмурит брови Олег, вспоминая.

— Это тот молодой человек, который вроде бы на стажировке у акулы юриспруденции — самого Тома Хела?

— Так и есть, — подтверждает Елена.

Она уже все узнала, ведь ей не подобает ужинать с теми, кто не добился больших высот.

Ведь они ей не нужны, они все лишь пешки. Можно пожертвовать одной-двумя, чтобы все равно проиграть. Расходный материал, не более. Ей нужны сильные фигуры, чтобы поставить шах и мат королю.

— И, как я слышала, его очень хвалят. Перспективный молодой человек, которому, возможно, доверят дела компании его отца. А ты же знаешь, сколько это холдингов!

— Да-да… Нужно обязательно хорошо их встретить и познакомиться.

— Уже пригласила их в эту субботу, — улыбнулась мужу Елена, ожидая его похвалы, за то, что она такая умная и сообразительная.

И он, конечно же, делает это:

— Дорогая, я всегда удивляюсь, как быстро ты все делаешь. Нужно все хорошо подготовить, позвать лучших поваров или заказать еду… — начинает строить планы Олег.

А я понимаю, что в эту субботу мне нужно будет хорошо подготовиться, чтобы сыграть роль. Роль хорошей дочери, которая обожает своих родителей.

— Ангелина, — обращается ко мне Елена, — ты тоже должна хорошо выглядеть.

Я сегодня посмотрю твой гардероб. Если там нет достойного платья, то нам нужно будет съездить в магазин. И улыбайся, пожалуйста. На твою кислую мину никто не должен смотреть. Ты должна понравиться им, особенно сыну.

Вот теперь мне объяснили сценарий и дали роль в этом спектакле. Я, как всегда, должна всех очаровывать и восхищать. Но большую часть своего внимания и улыбок я должна буду адресовать сыну гостей. Чтобы понравиться ему. Я догадываюсь, какой у них зреет план насчёт меня, но посвящать они в него не хотят.

Или пока не хотят.

— И еще, на людях — «папа» и «мама», — грозно предупреждает Олег. — Не дай бог услышу что-то другое…

Эти два слова я произношу спокойно, у меня ничего не екает. Ведь у меня никогда не было настоящих родителей. Нормальных. Которые любили бы меня не за мои успехи и достижения, а просто за то, что я есть.

— Не волнуйтесь, все будет хорошо, — говорю я, выходя из-за стола. И направляюсь в прихожую. Беру шоппер и надеваю кеды.