Только не рядом

Но Марго так просто не оставила эту тему:

— Слушай, кто он, тот парень, который вчера за тобой приехал? Я заметила, что ты была не рада его видеть.

Я решила все же прояснить ситуацию:

— Он не мой парень, и это точно. Он… — я начала подбирать слова, но ни одно не подходило. Наверное, такое слово просто не существует. — Я не могу объяснить, кто он. Но если бы я не пошла с ним… ничего бы хорошего не было.

Последние слова я сказала тише.

Марго больше не стала меня ни о чем спрашивать, понимая, что для меня эта тема не очень приятна.

Мы принимаем решение, что с магазинами покончено и можно сходить на развлекательный этаж. Поднимаемся туда и видим множество ресторанов и кафе, а также игровые автоматы, целый городок для детей и кинотеатр. На фильм мы не успеваем, поэтому решаем посидеть в пиццерии. Заказываем себе ассорти и располагаемся за одним из столиков. Пицца тут нереально вкусная. Не знаю, как я буду тренироваться после нее, но я не жалею.

Выходим из кафе, и Марго видит автомат, на каком она играла в детстве.

— Ангелин, давай поиграем хоть один раз, — просит она, смотря такими глазами, как кот из «Шрека».

— Мне, конечно, уже стоит собираться на тренировку, но, думаю, одну игру можно.

Идем в сторону касс, и я вижу знакомую черную куртку. А потом и самого Влада. Он идёт в направлении кинотеатра, с ним незнакомый мне парень и светловолосая девушка. Я ее не видела никогда рядом с ним. Можно, конечно, списать это на то, что это девушка того парня. Но она висит именно на Владе, чуть ли не в рот ему заглядывая, а он что-то увлечённо ей рассказывает, приподнимая, как будто совершенно не против.

Мне становится не по себе. В груди колет. Неужели это ревность? Нет, мне кажется, я уже вырвала чувства к нему, они должны были давно умереть во мне. А сейчас это чувство под названием несправедливость: он может делать что хочет, никого не спрашивая, не ставя в известность. Он может жить полной жизнью, а я должна зависеть от него.

Боль в груди разрастается все больше, как будто туда вылили кислоту, чтобы обжечь все ткани, насмерть, без восстановления и заживления.

Троица скрывается, но эта картина — смеющийся Влад и повисшая на нем девушка — так и стоит у меня перед глазами. Мне становится душно. Я хочу уйти отсюда.

— Марго, мне сейчас написали, что нужно прийти пораньше, поэтому я пойду, — вру я, но сейчас мне плевать, главное — уйти отсюда.