Онлайн-библиотека книг
Феликс на автомате перехватывает мою руку. Целует ладошку.
— Спи, — велит, положив руку мне на живот. Хотя за окном еще только легкие сумерки, и спать совсем не хочется. Да и разве заснешь, когда такие новости! Двойня! У нас с Феликсом двойня!
Прикрываю глаза и млею от счастья.
Я не одна. Это главное. Может, и хорошо, что двойня. Теперь разведут его с Лидой, и мы поженимся. Представляю наш дом, полный детей. И неожиданно ловлю себя на страшной мысли.
А как бы жила, не окажись рядом Феликса?
«Повезло мне. По-настоящему повезло», — гоню прочь запоздалые страхи.
За окном сгущаются сумерки. Шею легко щекочет дыхание Сарычева. Ворочаюсь, не могу улечься поудобнее. Или от сегодняшних новостей голова кругом. Это Феликс спокоен как танк. Выслушал врачей и завалился спать.
И даже потом ничего ему не предъявишь.
«А что такое?» — скажет. Нет причин волноваться. Можно и вздремнуть.
Снова ворочаюсь. Пытаюсь лечь поудобнее. Рука затекла от хватки Сарычева.
— Что, Лара? Что? — сонно тянет он, вместе со мной меняя позу.
Как ниточка с иголочкой!
Прикрыв глаза, глажу живот. Двойня. Ну надо же! Дочка и сын. Мои малыши.
«Вот хотел Феликс сына и наколдовал!» — улыбаюсь довольно.
В дверь кто-то стучится и тут же открывает ее.
— Можно? — слышится тихий голос, будто из прошлой жизни.
— Кто там? — подскакиваю на кровати. Обычно персонал так не поступает.
— Свои, — раздается с порога знакомый до боли голос. Здесь! В Шанске! О господи!
— Ой, — только и могу выдохнуть.
— Надеюсь, не помешал, — усмехается от двери дядя Рома Извеков. Но дальше не проходит.
— Как ты ты сюда попал? — рычит, надвигаясь, Сарычев.
— Для меня двери везде открыты, товарищ прокурор, — пожимает плечами Радкин отец и переводит все внимание на меня, будто грозного прокурора не существует. — Я на минутку, Ларочка. Надеюсь, все же не помешал…"
"— Не ожидала вас увидеть, — тяну первое, что приходит в голову.
— Я пришел извиниться, девочка, — глухо роняет дядя Рома. И на суровом, будто деревянном лице появляется некое подобие виноватой улыбки. — Честно говоря, разозлила ты меня сильно. Расстроила. Вот я и решил тебя проучить немного, — мнется он у двери, как простой смертный.
