Только он

Виллоу беспокоилась не так о себе, как о лошади. Едва встав на ноги, она отпустила подпругу и сняла с Дав седло, чтобы ей было легче дышать.

Калеб увидел, как хлопочет Виллоу, и направился к Дьюсу.

— Наденьте седло на Измаила, — сказал он, снимая тяжелое седло. — Нам предстоит путь более тяжелый, чем мы прошли.

Виллоу остановилась и недоверчиво посмотрела на Калеба.

— Разве мы не оторвались от них?

— Нет. Я выбрал кратчайший путь, какой знаю, чтобы выйти из этой долины. Но они наверняка тоже знают его. Я не могу гарантировать, что мы минуем водораздел раньше, чем они нас догонят.

Нам остается только гнать и гнать. Но ваши лошади непривычны к высокогорью. А лошади индейцев привычны.

— Мы ведь двигались на юг?

— Команчи направились на юг, — сказала она.

— А что, если мы врежемся в них, прежде чем свернем к перевалу?

— Тогда нам явно не повезет.

Виллоу закусила губу.

— А если мы опередим их, тогда все кончится благополучно?

— Если они не придут к перевалу первыми.

— Но как они узнают, какой маршрут мы избрали, если не будут следовать за нами?

— Это единственный приличный перевал на шестьдесят миль вокруг, — сказал Калеб.

 — Даже пьяный команчи может вычислить, куда мы движемся. Вверх по ручью в десяти милях отсюда есть место, где еще один южный маршрут соединяется с тропой к перевалу. Мы должны обогнать их до той развилки.

Виллоу прикрыла глаза. Десять миль! Ее лошади не смогут пробежать еще десять миль. Арабские скакуны чувствовали себя на высоте гораздо хуже горных лошадей Калеба, хотя несли груз значительно меньший.

Калеб сдернул багажное седло с Дьюса и надел на него седло для верховой езды.

— Проблема в том, что, если мы поедем быстрее, мы начнем терять кобыл. Измаил выносливее, поэтому езжайте на нем. Если кобылы не смогут выдержать темп, придется смириться с этим. — Калеб пронзил Виллоу взглядом золотых проницательных глаз. — Скажите мне, Виллоу… Если надо будет решать, что выбрать: смерть или оказаться у ко-манчей… Что вы предпочтете?

Виллоу вспомнила липкие, масляные глаза Девяти Пальцев.

К ее горлу поднялась тошнота.

— Смерть, — ответила она без колебаний.

Калеб внимательно посмотрел на Виллоу. Она выдержала его взгляд.

— Что же, вы сделали свой выбор, — низким голосом сказал Калеб. — В любом случае вам грозит скорая смерть. Белые женщины живут у команчей не более нескольких месяцев, особенно блондинки. Желтые волосы — предмет вожделений слишком многих мужчин. Но выбор за вами.

Виллоу отвернулась, ничего не сказав.