Только он

— Я признаюсь, в чем я еще силен, — сказал Калеб, опуская девушку на землю и отступая от нее на шаг. — Я еще и лозоискатель.

— Угу… Я могу найти горячие источники практически в любом месте.

Глаза Виллоу широко раскрылись от удивления, и это помогло ей преодолеть разочарование, вызванное тем, что руки Калеба больше не обнимают ее.

— Ты можешь найти горячую воду? Даже здесь?!

— Тем более здесь. Шестое чувство подсказывает мне, что есть горячий источник в пределах этой долины, с бассейном, в котором можно плавать.

Она улыбнулась, вспомнив журнал отца Калеба, к которому он постоянно возвращался.

— Ты — настоящий волшебник, Калеб Блэк!

— Конечно, я еще не все умею, но я учусь.

— Хочешь, бросим монету?

Калеб в недоумении заморгал глазами.

— Чтобы решить, кто первый примет ванну.

Калеб с трудом удержался, чтобы не сморозить глупость и не предложить искупаться одновременно. «Помни о форели. Медленно и постепенно. Никаких резких шагов. Терпение и еще раз терпение».

— Ты будешь первой, душа моя.

Я займусь лошадьми.

— Но это несправедливо по отношению к тебе!

— Я люблю возиться с лошадьми.

— Тогда я постираю нашу одежду. Идет? — предложила Виллоу, протягивая руку.

Калеб взял руку, поднес ее к губам и легонько куснул подушечку большого пальца.

Отпустив руку, он принялся расстегивать свою рубашку.

— Что ты делаешь? — спросила Виллоу.

— Снимаю одежду. Или ты намерена стирать ее вместе со мной?

Мысль показалась Виллоу привлекательной. Об этом можно было судить по густоте румянца, прихлынувшего к ее лицу.

Калеб улыбнулся и стянул с себя рубашку. Он испытывал удовлетворение при виде румянца во всю щеку и широко раскрытых глаз Виллоу. Возможно, она не хотела или боялась физической близости с ним, но она искренне восхищалась им как мужчиной. В этом заключался один из многих парадоксов ее поведения, и это и манило, и ставило Калеба в тупик.

Желая узнать реакцию Виллоу, Калеб начал расстегивать брюки. Виллоу испуганно вскрикнула и подняла взгляд на его лицо.

— Та же проблема, что и с рубашкой, — объяснил Калеб.

Виллоу проглотила комок в горле и пробормотала:

— Я принесу тебе одеяло.

Она повернулась и побежала по траве к лагерю. Вслед ей неслись раскаты мужского смеха.

Виллоу плавала в теплом бассейне и спрашивала себя: уж не вознеслась ли она на небеса, несмотря на свой далеко не ангельский характер? Тридцатью футами выше из трещины в черной скале вырывалась струя воды. Трещина постепенно сужалась и завершалась водопадом.