Только он

«Только бы не покраснеть», — подумала Виллоу. Она не любила лгать, но война научила ее, что ради выживания иногда приходится делать вещи, которые тебе не по душе.

— А какое это имеет значение? — спросила она.

Рот Калеба скривился в сардонической улыбке.

— Для меня — никакого… Просто вы слишком молодо выглядите, чтобы быть замужем. Можно сказать, только что из ползунков.

— Мне уже двадцать лет, — отчеканила она. — В моем возрасте многие женщины имеют детей.

— А сколько лет вашему… мужу?

— Двадцать пять, — готовно ответила Виллоу, стремясь не лгать там, где это возможно.

Калеб помолчал, словно что-то обдумывая, затем приподнял черную бровь и галантно подставил ей руку Сделано это было не без издевки, но Виллоу решила не придавать этому значения, полагая, что Калеб не тот человек, у которого вежливость является главной чертой характера. Она взяла Калеба под руку с изяществом изысканной леди, как тому учили ее годы назад, еще до войны.

— Благодарю вас, мистер Блэк, — негромко, с растяжкой произнесла она. Красивый грудной голос словно ударил Калеба по нервам. В тех местах, где тонкие девичьи пальцы прикасались к его руке, родились теплые токи и разошлись по всему телу. Калеб напрягся, пытаясь отогнать наваждение. Он не мог допустить, чтобы желание и страсть руководили его поступками. Он злился на себя за то, что этот голос и девичьи формы оказались столь притягательными для него.

Калеб стал размышлять о том, способна ли Виллоу испытать страсть, или же эта «жена» Рено принадлежит к разряду хорошеньких шлюшек, готовых переспать с каждым, у кого есть деньги и желание. Калеб избегал проституток в прямом и переносном смысле.

Через вестибюль к ним направлялся коренастый мужчина в выцветшем пиджаке, застиранной рубахе и брюках военного образца. Он помахал им рукой в знак приветствия.

— А вот и мистер Эдвардс, — обрадовалась Виллоу.

— Надеюсь, теперь вы успокоились, — заметил Калеб.

— Мистер Эдвардс рассказывал много хорошего о вас.

— А вы, конечно, думали, что он врет.

Виллоу остановилась. Калеб также остановился, почувствовав, что тонкие пальцы больше не сжимают его руку.

— Мистер Блэк, — начала Виллоу и замолчала, встретившись с холодным, пристальным взглядом светло-карих глаз. Она глубоко вздохнула и продолжила:

— Я извинилась за то, что обидела вас. Поверьте, я вовсе не хотела этого.