И в ней почти ничего не изменилось. На первый взгляд.
Парни заходят вместе со мной, Мирон разувается и тут же останавливает Семена, который хочет сделать то же самое.
– Рано. В магазин иди сходи. Вот, – он тычет ему в руки список и карту. – Магазин тут внизу в первом подъезде.
– Я тебе на побегушках, что ли?
– Иди давай, слишком много спрашиваешь.
Семен закатывает глаза, но уходит. Дверь за собой аккуратно прикрывает и оставляет нас одних. Пройдя глубже, я натыкаюсь на следы борьбы. Вернее, на их последствия. Стол в гостиной валяется на полу грудой кусков дерева.
Разбит вдребезги.
– Мда… – констатирует Мирон. – Прибраться Глеб явно не успел. Ну, хоть замок поменял на более надежный, уже хорошо.
Я киваю. Цепляю взглядом трещины на фотографиях, что висят на стене. Их всего три. На одной Глеб, видимо, с мамой, на другой с братьями, а на третьей сам. На скалу забирается. Эта фотография целая, на двух других сколы и трещины. Здесь вообще видно, что была драка, хотя Глеб и прибирался.
– Без лишней необходимости из дома не выходи.
Я не знаю, когда Глеб появится, но думаю, через несколько дней.
– Здесь небезопасно? – уточняю.
– Если Боря не соврал и к Глебу приходили коллекторы по кредиту, который твой брат уже выплатил, то безопасно. Но ты же понимаешь… в свете последних событий это кажется маловероятным.
Я киваю. Веры Боре больше нет. Вспоминаю слова мамы о том, что его задержали. За сбыт. Снова. Интересно, в этот раз его отпустят или брату все же придется отмотать срок? Мне почему-то кажется, что ему это нужно.
Испугаться, посидеть, подумать над своим поведением и все переосмыслить. Проблема лишь в том, что по статистике бывших преступников не бывает.
После срока очень сложно устроиться на работу, завести девушку, начать жизнь с чистого листа. Часто те, кто совершал преступления, возвращаются к этому снова и снова. Особенно такие слабые духом, как мой брат. Я почему-то знаю, что он слаб. Чувствую это, что ли. У него ведь неплохая работа была и зарплата немаленькая, так зачем снова было лезть в это болото?
– Вот мой номер, – Мирон протягивает мне визитку.
– Если что – звони. Ну и на связи будь, у Глеба точно получится с тобой связаться.
Я забираю у него из рук визитку и кладу ее на камин, рядом с небольшой фигуркой медведя.
Пока ждем Семена, предлагаю выпить чая, но Мирон отказывается. Садится на диван в гостиной, что-то листает в телефоне, затем печатает.
– Спасибо тебе за… помощь. Я боялась, что ты не вступишься перед отчимом.
