Мирон со Степаном тоже отказываются. Брат говорит, что выпил вчера и сегодня согласен пить только вечером. Идея с алкоголем не поддерживается, так что Дима садится на место, и я обретаю возможность спокойно дышать.
После обеда все расползаются, кто куда."
"– Тут сложно потеряться, но все же не ходи далеко, – дает наставления брат. – Река в той стороне, можешь пойти. Там скамья есть, Степан в прошлом году поставил.
– Хорошо, – киваю. – Иди, не бойся. Я далеко не пойду.
Почти все парни уходят, мы остаемся с девчонками.
Я беру в руки альбом и простой карандаш и собираюсь пойти к реке. Если что-то интересное подвернется – нарисую для себя. Рисовать на холсте сегодня не буду.
– А можно с тобой? – визжит Лера. – Я к реке хочу сходить.
Я морщусь.
– Иди, но не со мной. Предпочитаю уединение.
Она закатывает глаза и, резко развернувшись, шагает в сторону реки. Девчонки улыбаются, переглядываются.
– Может, останешься? – предлагает Юля. – Поговорим спокойно.
Им тоже Лера не нравится и это меня почему-то радует.
Я остаюсь. Узнаю, что Юля с Антоном постоянно пропадают на природе. Они живут в одном доме с родителями, поэтому используют любую возможность уединиться. Вика выбралась впервые и со Степаном они не так давно встречаются, хотя по ним и не скажешь.
Диана молчит. Мне вообще кажется, что ей неловко находиться с нами. Выдерживает она недолго. Через минут десять бесполезного трепа и откровений уходит в сторону реки. Я тоже решаюсь, особенно когда вижу возвращающуюся Леру. Диана ко мне лезть не будет.
Когда прохожу мимо Леры она смотрит на меня, как на грязь под ногами. Впрочем, мне она тоже не нравится. Я бы предпочла, чтобы ее здесь не было.
К реке добираюсь быстро. Она совсем близко, за каким-то метром деревьев. Блестящая гладь воды, мягкий песок, ближе к кромке сменяющийся галькой. Моя фотопамять тут же отпечатывает этот вид и закидывает его храниться в недра моего внутреннего жесткого диска. Я делаю пару неспешных шагов, стаскиваю обувь и по песку иду уже босиком.
Дианы здесь не вижу, хотя шла она точно в эту сторону.
Может, передумала и вернулась? Подхожу к воде ближе, замираю, пораженная прозрачностью. Так и тянет сбросить вещи и искупаться. Я так очарована, что не слышу хруст веток, а когда понимаю, что нахожусь не одна, становится слишком поздно. Глеб подходит ближе, но останавливается на безопасном расстоянии.
– Я пришел извиниться. Я не должен был к тебе лезть.
Он замолкает, я таращусь на вздутую вену на его шее. Не могу отвезти глаз.
