Только с тобой (СИ)

Оранжевый цвет слишком яркий, лучше бы взял серый или черный. Да еще и принт с мордой тигра почти на весь живот, выглядит по-детски.

— Я переживать начал уже, — голос взволнованный, но нотки стали все же присутствуют. Игнат проходит вглубь комнаты и садится рядом со мной, закидывая ноги на кровать. Тянется поцеловать в щеку, но я отклоняюсь. Раз решила, то назад дороги нет.

— Не понял, — удивленно вскидывает бровь Богданов, рассматривая меня крайне внимательно.

— Давай завтра поговорим? Наедине, а то… лишние уши не дадут сделать это спокойно.

— Я что-то сделал не так? — Звучит тот самый вопрос, которого больше всего боялась. Как на него отвечать, как вообще оттолкнуть человека, если он из кожи вон лезет, чтобы сделать тебя счастливой.

— Нет. Игнат, давай завтра, пожалуйста?

— В смысле завтра? Арин, ты от меня отворачиваешься, а я должен ждать до завтра? Ты, действительно, думаешь, что это нормально?

— Ненормально, ты прав. Просто, — устремляю взгляд в сторону полуоткрытых дверей, пытаясь намекнуть, что все же мы не одни.

Но Богданов не видит моих намеков, а может ему просто все равно.

— Ариш, ты из-за поцелуя такая? — Смягчается неожиданно он и берет мою руку в свою, крепко сжимая ее.

— Игнат, все не так просто. Для меня по крайне мере. Давай, отложим до завтра?

— Ты расстроилась, что мы на глазах у моих друзей так целовались? — Жмет по газам Богданов. Выхватываю руку и отворачиваюсь. А там за дверью шаги, то и дело раздаются. Родители уши навострили, не иначе.

— Игнат, я прошу тебя, — умоляю практически.

Встаю с кровати и подхожу к окну. На улице все еще светло, птички поют, да и кузнечики. Дети играют с собакой, там жизнь кипит, а у нас медленно умирает.

— Ариш, — и снова это противное сокращение. Он раз за разом меня кличет «Ариш», хотя прекрасно знает, как я это ненавижу. В долю секунды Богданов оказывается рядом и его руки по-хозяйски обнимают меня за талию.

— Прекрати, — пытаюсь вылезти из цепкого замка, потому что не хочу давать лишнюю надежду не ему, не себе.

Кто я такая, чтобы поступать подобным образом с человеком.

— Ну что ты как маленькая? Я должен прыгать над тобой что ли, чтобы ты созналась? Скажи в лоб, что не так! — Повышает тон голоса Игнат, раздражается, очевидно. Понимаю. Девушка, которую ты считал любимой, вдруг начинает себя странно вести. Любой бы злился. Даже я.

— Игнат, я все честно тебе расскажу. Но завтра или в среду. Только не сегодня, только не у меня дома. Пожалуйста, — почти шепотом прошу его.