Только с тобой (СИ)

Мама с недовольным видом расхаживала по кухне, словно генерал морского судна. Опять странные вопросы на тему Игната, непонятные упреки. В какой-то момент папа не выдержал, и они с мамой снова поругались. Наговорили друг другу кучу гадостей, хотя на самом деле, никто так не считал. И от этого становилось больно. Чувство вины заползало под кожу. Нашептывало неприятные вещи, шкрябало по венам и оставляло отпечатки.

Я ушла в университет, громко хлопнув дверью. Находиться в квартире было невыносимо. Лилька последовала моему примеру, только напоследок кинула маме, что, мол, своих бы дочерей она так любила, как лелеет Игната.

На занятия я опоздала. Прозевала автобус, и пришлось ждать лишних двадцать минут. На зачете вытянула плохой билет, и, если честно, справилась кое-как, а может меня и вытянули просто. Нужно было повторять, а не гулять. Однако жизнь слишком коротка, чтобы задумываться обо всех вещах одновременно.

В обед пришло сообщение от Кирилла. И я поняла, на моей улице вышла радуга. Только вот полюбоваться не получилось.

Без сил и всякого желания, я возвращалась домой уже вечером. Так и не ответила Соболеву, а еще получила пять пропущенных от Игната. Он продолжал просить о встрече, только мне совсем не хотелось на нее соглашаться. Все уже решено. По крайне мере для меня. Если бы он не нажаловался маме, то и моя не вела бы себя столь странным образом. Сколько всего негативного случилось из-за одного поступка. Безусловно, моей вины больше.

Дома меня встретили мама с папой. Они сидели на кухне с видом тяжелым и озадаченным. Будто решался вопрос о покупке жилья в ипотеку на лет эдак сорок. Папа то и дело качал головой, а мама, закинув ногу на ногу, нервно постукивала ногтями по столу. Заприметив меня оба, напряглись, и это немного насторожило.

— Арин, — начал папа, прочистив горло. Его голос немного хрипел, но звучал уверенно.

— В чем дело? — Осторожно поинтересовалась я, усаживаясь на стул. Родители переглянулись, будто обменялись внегласным диалогом, затем вновь вернулись ко мне.

— Мама больше не будет лезть в твои отношения с Игнатом, — быстро отчеканил отец, на одном дыхании.

— Но! — Вставила родительница свои пять копеек, строго стреляя в меня взгляды-молнии. — Ты обещаешь, что завтра утром вы поговорите с Игнатом.

— Ма, — попыталась возразить я, но папа меня перебил.