Я привык, что всегда и все выбирают не меня. Это был мой любимый комплекс, и мой психотерапевт (в Лос-Анджелесе модно иметь своего психотерапевта) говорил мне, что это все комплекс неполноценности, идущий из детства, который я должен прорабатывать. Я возражал ему. Что прорабатывать, извините? Я успешный. Я суперзвезда. Я состоялся как личность. У меня есть деньги, есть слава, есть все, о чем другие только мечтают.
«И нет любви», – сказал мне Итэн как-то, тонко улыбаясь. Итэн – это, собственно, и есть мой психотерапевт.
Порекомендовал мне его Октавий, у которого, в отличие от меня, реально в голове понос.
Меня действительно никто особенно не любил. Ну, за исключением фанатов, конечно же. И друзей. А вот женщины – мать, первая любовь, моя Катя… Они все выбирали любить кого-то другого.
Ладно, признаю. Если у Октавия в голове был понос, который нужно было вычерпывать ложками, то у меня – темный лес, в котором легко можно было заблудиться. Даже Итэну было со мной сложно, хотя он вел много звездных клиентов.
В общем, заснул я один. И проснулся через час, когда на город наступили сиреневые сумерки. Нашарил этот проклятый телефон, зачем-то приложил к уху, потом понял, что это не звонок, а новое сообщение, и только тогда разблокировал экран.
Это было сообщение от Кея – катиного парня. Остатки сна моментально слетели с меня. Почему он мне пишет? Что хочет?
Ничего хорошего Кей не хотел. Он приглашал меня на свадьбу, скотина. Его свадьбу с моей Катей.
«Дорогой Кирилл! Рады сообщить, что мы приглашаем Вас на нашу свадьбу, которая состоится ** августа.
Ждем Вас на нашем первом семейном празднике. Катрина и Антон».
Следом прилетело еще одно сообщение
«Извини, что не прислал приглашение по почте, не знаю адрес».
Он знал, что я не приеду. Знал. Не потому, что буду занят. А потому что Кате не захочу портить праздник. И изгалялся надо мной. Вот тварь, а.
Я беззлобно ухмыльнулся. Чему я удивляюсь? Он такой же, как я, только без чувства юмора и со скорпионами в голове. А такие, как мы, не прощают легко и просто.
Я чуть не увел его девушку. Я всячески пытался сделать это! И он еще много лет будет на меня зол. А может быть, будет зол до конца жизни. Из-за моей игры Катя чуть не пострадала.
«Да пошел ты», – напечатал я в ответ и стер. Нет, ничего не отвечу. Коз-з-зел.
Я сидел на кровати и, прищурившись, смотрел в окно. Прямо передо мной сияла большая звезда. Наверное, Полярная.
Заснуть я так и не смог. И решил, что должен еще раз увидеться с Катей.
