Остальные ведь дружат с ним! Он крутой и богатый. С такими нужно общаться."
"Наташа молчала. Гнев внутри нее затухал медленно – ей хотелось рассказать обо всем, что произошло, поделиться своей болью и страхом, но она молчала. Боялась, что Альшевские узнают. И тогда обязательно что-нибудь случится.
Сам Альберт даже не извинился. И делал вид, что ничего не произошло. Только смотрел иногда пристально, с прищуром и улыбался уголками губ.
«У нас с тобой общая тайна, крошка», – говорил его взгляд. И от этого взгляда Наташе становилось не по себе.
⁂Я проснулась от того, что кто-то тихо звал меня по имени.
– Наташа, Наташа, – говорил мужской голос рядом со мной, и я, наконец, разлепила глаза. Передо мной на полу сидел Кезон – взлохмаченный и сонный. Он удивленно смотрел на меня. По стеклу по-прежнему мелко стучали капли.
– Что такое? – пробормотала я.
– Ты брыкалась во сне. Руками размахивала. Что-то приснилось?
– Видимо, какой-то кошмар, – ответила я. Мне снился дом Альберта. Этот сон постоянно преследовал меня – в нем я никак не могла выбраться из его дома, пыталась открыть дверь, кидалась на нее, скреблась, но замок не поддавался.
Кезон сел рядом со мной.
– Что с тобой? – спросил он тихо, без сарказма и вечного своего шутовского веселья.
– Всё в порядке.
– Ты чего-то боишься?
– Боюсь, – вдруг призналась я и с вызовом взглянула в его лицо, на которое из окна падал отсвет. В это мгновение оно казалось печальным и неожиданно мягким.
– Чего? – мягко спросил Кезон.
– Того, что все повторится, – ответила я и спохватилась.
Не стоит говорить при нем об этом.
– Все однажды повторяется, – философски заметил музыкант. Странно, но то, что он сидел рядом и обнимал меня за плечи, не раздражало. Даже стало спокойнее. – Главное – это то, как мы это воспринимаем. Главное – это наше отношение. Понимаешь?
– Не очень, – призналась я.
– Жизнь – не замкнутый круг. Скорее, жизнь – это движение по спирали. Как двойная спираль ДНК. Рано или поздно все повторяется. Все наши беды, неприятности, страхи.
И пока мы не разберемся, мы будем с этим сталкиваться. Раз за разом. Постоянно.
– Может быть, – вздохнула я, а он задумчиво продолжал, глядя в окно:
– Мы не можем убегать от чего-то всегда. Рано или поздно с этим нужно столкнуться лицом к лицу, Наташа. И либо решить это, либо принять. На что готова ты?
Пока что я готова была убегать, но я ничего не сказала, просто кивнула, принимая его слова во внимание. Он был прав. И я знала это.
