И сразу же напряглась – он был недобрым. Тихим, усталым и одновременно каким-то злым.
– Это я, Наташа. Ты в порядке? – спросила я торопливо и услышала:
– А должен быть не в порядке?
Эти слова напрягли меня, однако я решила не устраивать разборок с ним прямо сейчас – сначала надо выяснить, все ли у него хорошо. И почему на заднем фоне я слышу расслабляющую музыку и женский заливистый смех?
– Куда ты пропал? Я проснулась, а тебя нет. Все хорошо? – продолжила я.
– Все отлично, лапуля, – ответил Кирилл. Женский смех стал громче и игривее.
Я нахмурилась – он что, с женщиной?
– Уверен, что отлично? – коротко выдохнув, спросила я. – Где ты находишься?
– Не понял. Я должен отчитываться? – холодно поинтересовался он. – Ты мне кто, жена? Девушка? Ну, кто?
– Ты пьян? – догадалась я вдруг. Страх, что я испытывала за него, пропал, и во мне начало медленно просыпаться бешенство.
– Ну так. Немного.
– Понятно, – процедила я сквозь зубы.
– Понятно? Ненавижу слово «понятно», потому что ни фига не понятно. Тебе, лапуля.
Тебе не нравится, что я пьян? Или что я с другой?
Девица рядом с ним снова вскрикнула и снова рассмеялась – звонко, словно колокольчик.
– Катя, малышка моя, осторожнее, – рассмеялся Кирилл, и у меня перед глазами появилась алая пелена. Катя? Та самая Катя? Его любовь?
Я вспомнила ее, ту нежную девушку с темными длинными волосами. И то, как Кирилл смотрел на нее тогда, стоя посреди дороги. Стало безумно обидно, будто бы я действительно была девушкой Кирилла, и он действительно променял меня на свою бывшую.
– Иди ко мне, садись рядом, – продолжал Кирилл. – Я скучал.
Девушка что-то тихо ему сказала, но я не разобрала ее слов.
– Ты еще тут? – вспомнил о моем существовании Кирилл. – Так что там тебе не нравится? Давай, по существу. Тезисно.
Его тон казался приказным. Вот дрянь, а!
– Что мне не нравится? – выдохнула я. – Мне не нравится, что ты свалил, не сказав ни слова, козел. Мог сказать, что сваливаешь к своей любимой. Почему я должна сидеть и ждать тебя, как дура? Кого ты из себя возомнил?
– Возомнил? Твоего работодателя, – ответил Кирилл.
– Что еще тебя не устраивает?
– Ты меня не устраиваешь.
Я не дала ему возможности ответить – выключила телефон и отдала Мише, который как раз проводил покупательницу.
– Урод, – сама себе сказала я, громко вдыхая воздух носом.
– Спасибо большое, у меня, как назло, телефон сломался, – соврала я, чувствуя, как кровь приливает к щекам от злости, что окутала меня своей прочной сетью.
– Был рад помочь.
