Только ты

Ее рука вновь скользнула к дробовику, лежавшему под одеялами.

— На самом деле, — сказала Ева резко, — кольцо забрали под дулом пистолета у умирающего человека.

Рено бросил на нее пренебрежительный взгляд и продолжил исследование сумок.

— Если ты не веришь мне… — начала она."

"— Почему же, я верю тебе, — перебил он. — Я и не подозревал, что ты можешь так гордиться ограблением.

— Вовсе не я держала пистолет у виска!

— Ага, у тебя был партнер…

— Черт побери, почему ты не выслушаешь меня! — воскликнула Ева, рассвирепев оттого, что Рено принял ее за вора и грабителя.

— Я слушаю. Только я не слышу того, что не заслуживает доверия.

— Слушай, попробуй-ка заткнуться!.. Ты узнаешь много интересного, если придержишь язык.

Уголок рта Рено слегка приподнялся, и это была его единственная реакция. С отсутствующим видом он шарил в сумке, пытаясь отыскать кольцо. Его рука нащупала то, что, без сомнения, было золотыми монетами, и эта находка полностью завладела его вниманием.

— Я так и думал, что у тебя не было времени их потратить, — произнес Рено с удовлетворением.

Рено, не досказав фразы, отшвырнул сумку и в пружинистом броске вырвал дробовик из рук Евы.

Насколько Ева помнила дальше, мощные руки Рено выдернули ее из-под одеял и поволокли, словно куль с мукой. Ее обуял страх. Не долго думая, она мгновенно и резко выбросила колени вверх между ног Рено, как тому учила ее донна Лайэн. Рено успел защититься от удара, не потерпев при этом ущерба.

Раньше чем Ева отдала себе отчет в случившемся, она лежала на спине, не в состоянии сопротивляться, защитить себя, шелохнуться или даже сделать глубокий вдох. Огромное тело Рено накрыло ее, выдавив воздух из легких и боевой пыл из тела.

— Отпусти меня, — выдохнула она.

— Ты считаешь меня дураком? — спросил он сухо. — Одному богу известно, каким еще трюкам научила тебя твоя мама.

— Мать умерла еще до того, как я запомнила ее лицо.

— Угу, — согласился Рено, которого, видимо, не тронули ее слова. — Ты, конечно, бедная сиротка, за которой некому было присмотреть.

Ева стиснула зубы, пытаясь сдержать гнев.

— Между прочим, так оно и есть.

— Бедненькая gata, — произнес Рено холодно. — Перестань рассказывать мне душещипательные истории, а то я разрыдаюсь от жалости.

— Я бы хотела, чтобы ты слез с меня.

— Зачем?

— Ты меня раздавишь. Я даже дышать не могу.