Только ты

Более того, она подняла голову и приветствовала гнедого тихим ржанием.

— Не в этот год, Любимица, — сказал, улыбаясь, Рено, останавливая танцующую лошадь. — Ты самая лучшая лошадь для езды по пустыне. Отложи роман с Измаилом до тех пор, пока я не найду испанское золото.

Любимица, негодуя, жевала удила, храпела и даже делала слабые попытки сбросить седока. Рено только засмеялся.

Затем он направил Любимицу галопом в сторону большого деревянного дома, из которого вышла женщина в белой блузке и пышной зеленой юбке.

— Мэт? — радостно воскликнула она, глядя на приближающегося всадника. — Это ты?

— Это я, Вилли, — ответил Рено.

Он остановил кобылу и добавил с серьезным видом:

— Если бы это был не я, Кэл уже принял бы меры против нежданный гостей.

— Это точно, — сказал Кэл, выходя из дома.

— Команчи все еще беспокоят? — спросил Рено, увидев ружье в руках Калеба.

Калеб пожал плечами.

— Бродяги, команчи, золотоискатели… Даже какие-то аристократы понаехали вскоре после твоего отъезда. Страна становится чертовски многолюдной в летнее время.

— Аристократы, говоришь? Небось, Вулф и подумать об этом не мог.

— Вулфа и Джесси здесь нет, — сообщила Виллоу. — Они все еще путешествуют. У них медовый месяц.

Рено улыбнулся. На месте Вулфа он сделал бы то же самое: взял бы молодую красавицу-жену и провел с ней наедине в дикой глуши много-много дней и недель.

— Мы слышали, что они отправились на запад, — продолжала Виллоу, — в район каменных каньонов. Джесси поклялась, что медовый месяц не кончится до тех пор, пока она не увидит все любимые места Вулфа.

— Может, я встречу их где-нибудь в Красной Пустыне, — предположил Рено. — А как Рейф? Он уже вернулся?

Виллоу покачала головой, отчего солнечные блики заиграли в ее белокурых волосах.

— Он все еще ищет проход через каньон, о котором ему сказал Вулф, такой широкий и глубокий, что его может преодолеть только солнце, — объяснила Виллоу.

— Какой свежести эти новости?

— Прошлой недели, — уточнила Виллоу. — Один бродяга, встречавший его на Рио-Верде, останавливался у нас вчера.

— Он приезжал сюда ради стряпни Вилли, — добавил Калеб, скривив губы. — Говорят, ему сказали, что ради ее бисквитов можно и сотню лишних миль проехать.

— Черт побери, — пробормотал Рено. — Я надеялся подбить Рейфа на небольшую охоту за золотом.

Виллоу оторвала взгляд от брата и посмотрела на вьючных лошадей и стройного всадника, которые только сейчас въезжали во двор.

— Ты нанял мальчика помогать тебе? — спросила она.