Только вернись

– Вяземский, ты уже говорил, я запомнила, – улыбается она. – Я очень переживаю за Милочку. Как бы ничего не вышло… Дом твоих родителей под охраной?

– Конечно. Папа очень осторожен. Не волнуйся, я распоряжусь, чтобы Брыкалов организовал дополнительную охрану. Кара, а ты мне совсем не веришь? Моим словам? Понимаю, в последнее время мое поведение не соответствовало…

– Я не знаю, Глеб. Не скажу, что испытала облегчение от твоего признания. И… Да, пока не верю. Наверное, мне стоит подождать поступков.

На ее замечание я лишь многозначительно молчу…

Базаров командует персоналу подготовить кабинет для осмотра.

Моет руки, набрасывает халат и просит меня уложить Каролину на кушетку. Отрываю от себя драгоценный груз, успевая уловить страх в ее глазах.

– Клапан необходимо менять в ближайшее время, – проговаривает Базаров, прикипев взглядом к черно-белому экрану. – Не могу сказать, что он полностью изношен, но… Считаю, что рисковать опасно для жизни. Аортальный клапан подлежит замене. Такие операции благополучно делают в нашем центре.

– Я согласен, если мое мнение кому-то интересно, – произношу, сжимая ее прохладную кисть.

– Я… Я тоже, – кивает она. – А сейчас мне можно домой? Матвей Иванович, пожалуйста… Когда вы сможете меня прооперировать?

– Когда ваш супруг будет готов оплатить операцию. Счет я пришлю вам на почту, если позволите. Домой вам можно после капельницы. Сейчас Людочка ее сделает. Глеб Андреевич может посидеть рядом с вами.

– Спасибо вам, доктор, – протягиваю кисть для рукопожатия.

 – Можно я провожу вас до кабинета?

– Да, – кивает он, вручая назначения медсестре.

Когда мы выходим в коридор, Матвей Иванович снимает маску учтивости и набрасывается на меня с обвинениями.

– Как вы могли так с ней поступить? Ее же нельзя волновать? Можете думать что угодно, но я не знаю людей, более чистых душой, чем она. Такие, как Кара не должны умирать. Я не знаю, что у нее случилось в прошлом, но Каролина пережила это достойно… Вынашивала Милочку, делала все, чтобы кормить ее грудным молоком, занималась йогой, правильно питалась… Она никогда не пожаловалась на обстоятельства.

Поднималась с колен и ползла навстречу жизни… А потом наши пути разошлись… Она встретила вас и…

– А вам жалко, что меня? Наверное, вы тоже влюблены в нее, так?

– Это неважно. Она молчит, пытается быть гордой, но любит она вас, Глеб Андреевич. Я желаю Каролине счастья, берегите жену, она этого достойна. Будьте рядом и докажите свою любовь не на словах.