Только звери

Поскольку мы с утра оказались единственными клиентами, официанты не посчитали нужным прекратить свой диспут; кончилось тем, что Ларри, потеряв терпение, рявкнул «Се паракало!» с такой силой, что мама уронила на пол прибор Марго. Тотчас какофония смолкла, и официанты окружили наш стол с выражением предельного подобострастия на лице. Мама, к своей радости, обнаружила, что один из них, обворожительный молодой человек, какое-то время жил в Австралии и обладал элементарным знанием английского языка.

— Так вот, — обратилась она к нему с улыбкой, — мне, если можно, хороший чайничек с горячим чаем.

Проследите, чтобы воду как следует вскипятили, и ради Бога, обойдемся без этих мешочков с заваркой, от них меня всегда бросает в дрожь.

— Лично я каждый раз вспоминаю Брамапутру после эпидемии, — вставил Ларри.

— Ларри, дорогой, умоляю — воздержись от воспоминаний за завтраком, — сказала мама и снова обратилась к официанту. — А еще принесите мне гренки с обжаренными помидорами.

Мы подобрались, ожидая, что последует дальше.

Годы горького опыта так и не излечили маму от трогательной надежды найти когда-нибудь грека, способного понять ее запросы. Само собой, официант пропустил мимо ушей указания мамы относительно чая. Для него чай рос в мешочках для заварки, и всякая попытка пойти против природы грозила самыми тяжелыми последствиями для всех. Однако мама сильно осложнила его жизнь, заговорив о какой-то неведомой пище.

— Обжатые помидоры? — озабоченно справился он. — Что это?

— Обжатые помидоры? — эхом отозвалась мама.

 — Я сказала — обжаренные. Понимаете — гренки с обжаренными помидорами.

Официант уцепился за единственное в мире разумное понятие — гренки.

— Мадам желает гренки, — твердо сказал он, силясь удержать маму на верном пути. — Чай и гренки.

— И помидоры, — внятно произнесла мама. — Обжаренные помидоры.

На лбу официанта выступили капли пота.

— Что такое «обжатые помидоры», мадам? — завершил он хождение по кругу.

Мы все заранее сделали заказ и теперь спокойно сидели, наблюдая, как собирается с силами мама.

— Ну, — выговорила она наконец, — это, гм, помидоры… такие красные плоды, похожие на яблоки. Нет-нет, я хотела сказать — на сливы.

— Мадам желает сливы? — озадаченно спросил официант.

Лицо юного грека просветлело.

— Да, мадам, — сказал он, улыбаясь.

— Так вот, — торжествующе молвила мама, — принесите гренки с обжаренными помидорами.

— Слушаюсь, мадам, — покорно произнес официант и удалился в угол столовой, чтобы посовещаться с казначеем.