Только звери

Я уже начал опасаться, что итальянская полиция вот-вот арестует нас за нарушение общественного порядка, наконец она с явной неохотой отступила на шаг, продолжая крепко сжимать мои руки.

— Но как ты меня узнала? — спросил я, отдышавшись.

— Что ж, я очень рад нашей встрече, — сдержанно произнес я.

Я отметил, что она рассталась с тем растерянным джентльменом средних лет.

— Садись, — предложил я, — выпей стаканчик.

Я подозвал официанта.

— Что ты пьешь? — спросила Урсула.

— Фу! — воскликнула она, деликатно передернув плечами.

— Оставь в покое мою печень, — страдальчески вымолвил я. — Ты что станешь пить?

— Мне что-нибудь вроде Бонни Принц Чарльз.

Официант тупо воззрился на нее. Ему еще не доводилось слышать лексические упражнения Урсулы.

— Мадам желает рюмку дюбонне, — объяснил я, — а мне принесите еще бренди.

Я сел, и Урсула, наклонясь над столом, с чарующей улыбкой схватила двумя руками мою руку.

— Согласен, — осторожно ответил я.

— Как? Разве ты не знаешь? Я развелась.

— Ничего, ничего. Это было даже к лучшему. Понимаешь, после ящура он, бедняга, был уже совсем не тот, что прежде.

Мне не помог даже прежний опыт общения с Урсулой.

— У Тоби был ящур? — спросил я.

— Еще бы. Но ведь ящур у людей — это, должно быть, большая редкость?

— У людей? — Она сделала круглые глаза. — Как тебя понимать?

— Да ведь ты сказала, что Тоби… — начал я, но меня перебил громкий смех Урсулы.

— Вот уж никогда не думал, — сказал я, — что у ящура могут быть такие серьезные последствия.

— Ты думаешь, это могло бы их заинтересовать? — удивилась Урсула. — Если хочешь, я могу написать им и рассказать.

— Нет-нет, — поспешил я возразить. — Я просто пошутил.

— Ладно. Теперь расскажи мне про твой брак.

— Ты тоже? Дорогой, я же сказала, что это романтическая встреча. — Ее глаза затуманились. — Мы встречаемся с тобой в Венеции после расторгнутых браков.

— Вряд ли нам следует особенно зачитываться этим романом.

— А какие у тебя дела в Венеции? — спросила она.

— Никаких, — ответил я неосмотрительно. — Просто приехал отдохнуть.

— О, чудесно, дорогой, тогда ты можешь мне помочь! — воскликнула Урсула.

— Нет! — поспешил я ответить. — Это исключено.

— Дорогой, ты еще даже не знаешь, о чем я хочу тебя попросить, — жалобно молвила она.

— И знать не хочу. Все равно не стану помогать.