Толстушка Ли

Заметила, как его зрачок начал расширяться, делая его карие глаза ещё темнее. Они у него темнее, чем у… стоп. Как вообще могла вспомнить того мудака из прошлого, да и ещё сравнивать его с этим парнем. Я лгала себе. Кейд был немного похож на него, темные глаза, каштановые волосы, правильные черты лица. Может именно поэтому я всегда останавливала себя от занятия сексом с ним. Хоть и всегда когда мы нежились, была пьяная, иногда все немного заходило больше чем поцелуи.

Приблизила свою ладошку к его щеке медленно начала гладить её, мне нравилась его эта небритость, он был настоящий секси.

Я как бы невзначай тяжело вздохнула, тем самым заставив его обратить внимание на мой впечатляющий вырез, и грудь, достаточно большую по сравнению с другими частями моего тела. Его взгляд был мне приятен, но не обжигал, не бросало в жар, как я всегда хотела снова, ощутить с кем либо. Но впустую. Но мне это льстило, он всегда обращал на меня внимание и стрелял глазами в мою сторону.

— Плохой мальчик не хочет выполнять мою прихоть? — специально долго доставала деньги из лифчика.

О малыш, я знаю, как ты это любишь, вижу, как ты облизываешься. — Тогда сегодня ты будешь наказан, — на его лице начала расползаться улыбка хитрого лисёнка, — останешься без чаевых.

Быстро облизнула его губы, резко отстранилась. Шок на его лице это просто восхитительно. Да, не все всегда так, как ты того хочешь. Я тоже научилась играть. Шок сменился недовольством. Он прекрасно знал, что если я так сказала, значит, оно так и будет и ему не поможет его шикарная улыбка или же его стальной торс.

— Как пожелаешь, посмотрим надолго ли ты сможешь продержаться без моего общения, — налив мне стакан, удалился обслуживать следующего клиента.

Повернулась на стуле, замечая, что Уна уже смылась на кухню, возмущаться на свой персонал. Это она умела, знала, как она держала их в узде, так как поначалу никто особо не воспринимал её всерьёз. Но сейчас все кардинально изменилось, её бояться и пытаются не косячить, и обходить стороной. Но это ни как не огорчало, она не пыталась больше заводить друзей, вечно ворча на нас, что мы и так слишком много знаем о ней.

Осмотрела мой так полюбившиеся за этот год бар. Улыбка начала расползаться на лице вспоминая, как сами лично делали тут ремонт. Как Робертина — она же Тина, спорили с Уной по поводу цветовых оттенках в баре. Но в итоге сошлись на темно-сером. Почему такой цвет как в психушке? Да его было так-то не заметно, так как весь бар был украшен картинами Тины.