Том 4. Пожиратели огня (с илл.)

Не без некоторых предосторожностей он вошел в нее: она вполне могла служить убежищем охотникам; ведь туземцы, охотясь на кенгуру, часто по четверо и по пять суток кряду ночуют в пещерах и гротах, коими изобилует Австралия.

Та пещера, куда теперь вошел Иванович, была, по-видимому, глубока и весьма обширна. Когда глаза его мало-помалу привыкли к царящей здесь темноте, он начал различать в глубине пещеры какую-то громадную черную массу. Он стал осторожно подходить ближе, и каково же было его удивление, когда он увидел здесь «Лебедя»!

Тотчас же ему в голову пришла мысль, что трое людей, взятых с собой капитаном, вероятно, спят теперь внутри судна.

Эта мысль сильно смутила его. Он слишком хорошо знал Спайерса, чтобы допустить возможность, что тот оставит свое столь ценное изобретение без надежной стражи. Беглец собирался уже неслышно удалиться, чтобы не возбудить подозрений и не обнаружить своего присутствия. Но абсолютная тишина на судне ободрила его, и он решил выяснить, есть ли здесь люди. Затаив дыхание, он подкрался ближе; верхний люк был открыт. После некоторого колебания он решился наконец взойти на палубу. Нигде никого… Он заглянул вниз, под палубу; тоже никого.

— Ах, если бы я мог управлять им, — подумал Иванович, — была бы блестящая месть! Какой реванш! Но, увы, Джонатан строго хранит свои секреты!

Однако, вернувшись на палубу, Иванович заметил хрустальные кнопки на углублении, которые Виллиго забыл задвинуть медной дощечкой.

Эта забывчивость вождя сыграла роковую ролы Иванович вздрогнул от радости.

— Ах, — подумал он, — если бы эти кнопки были связующую роль с механизмом! — он осторожно надавил первую кнопку первого ряда — судно слегка двинулось вперед; он надавил вторую — судно двинулось вперед; он надавил следующую, — и судно двинулось назад. С Ивановичем чуть не сделалось дурно от радости: этот неожиданный результат искупал все его мучения.

Но он был так поражен этим фактом, что не сразу мог собраться с мыслями и отдать себе отчет, что с ним происходит. Он смеялся и плакал, бил в ладоши и был близок к тому, чтобы совершенно лишиться разума. Подумать только, что еще пять минут тому назад он был в полном отчаянии, скрывался в чаще, как дикий зверь, а теперь он будет иметь возможность говорить как победитель, как властелин мира.