Том 4. Пожиратели огня (с илл.)

Единственно, чего опасался полковник, это быть настигнутым графом по пути к развалинам, когда борьба могла окончиться плачевно для него, а он не хотел рисковать.

Однако, рассчитывая на помощь ямщиков, поскольку все они служили Невидимым, он решил, что опасаться нечего, и вместе с Холлоуэем и двумя казаками покинул Астрахань.

Когда они выезжали из города, какой-то человек, которого по наружному виду и костюму можно было принять за кочевого киргиза, осторожно высунул голову из-за каменной ограды, за которой притаился, как будто желая убедиться, что это именно они, а не кто-нибудь другой.

Но, видимо, все-таки не доверяя своим глазам, так как на дворе уже стемнело, он крикнул всадникам на киргизском языке:

— Спокойной ночи вашей милости!

Иванович на том же языке ответил:

— Спокойной ночи тому, кто мне ее желает!

Едва только он успел произнести эти слова, как киргиз со всех ног бросился бежать по направлению к главным улицам города.

В продолжение нескольких часов пути путники скакали в глубоком безмолвии.

Ночь близилась к концу. Иванович по временам тревожно оглядывался назад, опасаясь погони, но, убедившись, что на горизонте не видно ничего подозрительного, снова успокаивался.

На первой почтовой станции он остановился на несколько минут и, вызвав ямщика, которому он посредством условного знака представился как глава Невидимых, сказал:

— Здесь должны будут проехать чужеземцы, французы! Не давай им лошадей!

— Слушаюсь! — ответил ямщик. — А если у них будет предписание от губернатора, что тогда делать?

— Ты скажешь, что все лошади угнаны по казенной надобности, и пообещаешь им других не раньше, чем на завтра!

— Помни же! — с этими словами Иванович снова пустил своего коня вскачь.

На дальнейших станциях он снова повторил свое приказание.

Наконец наступил пятый день пути; до сих пор ничего нежелательного не случилось.

— Сегодня еще до восхода луны, — проговорил Иванович, вставив ногу в стремя, — мы прибудем к перевозу через Урал и можем уже ехать дальше не спеша!

Между тем степь постепенно принимала все более пустынный характер; почва была песчаная или солончаковая; трава здесь росла низкорослая и хилая.

— Берегитесь, — сказал один из казаков, — теперь мы в волчьем царстве!..

Лошади тоже стали неспокойны, точно они что-то чуяли: они ржали, трясли гривой и без побуждения со стороны всадников неслись стрелой вперед.

— Кони чуют волков! — проговорил другой казак.

— Успеем мы доехать до ночи? — спросил Иванович.

— Едва ли! — сказал казак.