Том 4. Пожиратели огня (с илл.)

Эти расчеты Ивановича, в сущности, не были лишены известного основания: граф действительно прибыл в Астрахань в сопровождении Лорана, Дика-канадца и Красного Капитана; с ними были оба сыщика, Люс и Фролер, негр Том, нготак и четверо европейцев, которых Иванович еще не знал, то есть всего человек двенадцать, решительных и беззаветно смелых. Но что могла сделать эта горстка людей против трех или четырех сотен Невидимых, на которых мог рассчитывать Иванович?!

— Они могут набрать самое большое человек двадцать висельников, больше в Астрахани взять негде! — заметил он.

— Но, быть может, они позаботились выписать людей из Европы? — проговорил Холлоуэй.

— Нет, это невероятно! — воскликнул Иванович. — Сразу видно, что вы не знаете России… А полиция?! Тут не оберешься объяснений, зачем, почему и для какой надобности понадобились графу эти люди?.. Я боюсь другого!

— Как так?! — воскликнул изумленный американец.

— А очень просто! Русский человек — фанатик, но вовсе не прирожденный убийца.

Если враги станут стрелять первые, то дело пойдет на лад: наши люди не останутся в долгу, не задумаются превратить их в окрошку. Но если граф догадается сказать им: «Чего вы хотите от нас? Мы — мирные путешественники; у нас есть паспорта, подписанные высшими властями, и разрешение вашего царя-батюшки! Подумайте, что вы хотите делать!» Тогда…

— Что тогда? — спросил Ивановича его собеседник.

— Тогда нам ни за что не заставить наших людей поднять на них руку. Если они не схватят и не арестуют нас, то, во всяком случае, обратятся к оренбургским властям, и наш план окончательно свести счеты с нашими врагами рухнет и, быть может, даже навлечет на меня неприятности.

— Но если граф и его друзья идут по нашим следам, то неужели они обратятся к нашим людям с такими словами?

— Вы забыли, что они рассчитывают захватить нас врасплох. И кто может знать, что они сделают, когда увидят, что на нашей стороне сила?!

— Вы поздно об этом подумали, Иванович, что же вы думали раньше?.

.

— У меня не было выбора… Надо было покончить с этим делом. Но я и сейчас настаиваю на своем плане, за исключением, быть может, некоторых подробностей.

— Какие же это подробности? — спросил Холлоуэй, начинавший сомневаться в смелости и решительности своего компаньона.

Иванович, по обыкновению, в решительный момент трусил, изыскивая способ подсунуть вместо себя других, а самому спрятаться за их спинами.

— Я рассчитываю на помощь Черни-Чага.