Томминокеры

Бентон повернулся к напарнику, чьи глаза сейчас напоминали черные дыры, просверленные в лице. У него был такой взгляд, будто он пытался переварить полученную информацию и совершенно не мог сделать здравые выводы.

– Что же там все-таки произошло? – проговорил Бент.

– Ты что, слепой? У ратуши оторвало шпиль, он взлетел ракетой.

– Ну и как могло взрывом печки снести шпиль?

Бент попытался наплевать. У него ничего не вышло.

– Ты сам-то веришь? На дворе июль, а печка взлетает на воздух, да еще и вместе со шпилем?

– Нет.

– Да уж, до самого неба. – Родес помолчал. – Джинглс, а ты ничего не почувствовал? Ничего такого… ну, странного?

– Может быть, – осторожно ответил тот. – Может, и почувствовал.

– Не знаю. – Голос напарника снова пошел вверх, срываясь, как у ребенка, готового разреветься. В вышине равнодушно светили звезды. Благоухающие летние сумерки наполнял мирный стрекот сверчков. – Я только рад, что оттуда выбрался…

И тут Джинглс, почти уверенный, что завтра его пошлют обратно – расчищать и расследовать место преступления, все-таки разрыдался.

Некоторое время спустя они тронулись с места. Последние отблески дневного света покинули небо. Бентон был этому рад. Не хотелось ему смотреть на Джинглса… Или чтобы тот на него смотрел.

«К слову, Бент, – продолжал издеваться разум, – здорово ты тогда напугался, скажи? Жуткое, мать его, зрелище. Всюду оторванные головы, ножки – большинство из них в крошечных туфельках… А сами тела! А глаз! Голубой такой, помнишь? Конечно, помнишь! Ты еще пнул его ботинком в канаву, когда наклонялся за рукой Рут Маккосланд.

При виде множества голов, ног и тел Бентон онемел от потрясения и в первую секунду подумал о школьной экскурсии, нагрянувшей в злополучную ратушу, хотя летние каникулы уже начались. Только потом его ослепленный ужасом разум сообразил: даже у детсадовцев не бывает настолько маленьких ручек и ножек, а тем более таких, чтобы их можно было отделить от туловища без кровотечения.

Обернувшись, Родес увидел напарника с маленькой дымящейся головой в одной руке и почти расплавившейся ножкой – в другой.

– Куклы, – произнес Джинглс. – Это куклы, чтоб их. Откуда они все взялись, Бент?

Тот собирался ответить: «Не знаю» (хотя уже тогда его осенила какая-то смутная догадка), но тут заметил, что посетители «Хейвен-ленч» продолжали есть.