Тонкая душевная организация

И карточку я на тебя уже сделал. – Быстро добавил он. – Ну, ты же захочешь что-нибудь себе купить. – Он, встретив мой нехороший взгляд, поправился. – Или Митьке. Да и вообще….

Я отошла от него на пару шагов, уперла руки в боки и прищурилась.

- Знаешь что, дорогой мой! – Я решила высказать ему все, что думаю на этот момент, но вырвалось у меня совершенно другое. – Если ты хочешь организовывать фотоохоту на бедных и несчастных зверушек, то езжай к Степаниде, пусть она тебя по лесу протащит и всю живность покажет.

Янка рассказывала, что у нее даже медведь в друзьях имеется, а енота ты сам видел. Это будет куда безопаснее, чем мотаться по чужим границам и нарушать их.

Кожевин с каждым моим словом становился все задумчивее. В его глазах вдруг появился хитрый блеск, а губы растянулись в хищной улыбке.

- И при этом я буду неподалеку от тебя. – Как оказалось, он не обиделся, а, наоборот, задумался над такой возможностью. – И смогу в любой момент вернуться домой. Хмм….

- Правильно. – Подыграла я.

– И незачем мне карточку делать. – Добавила вкрадчиво.

- Поздно. Уже все сделано. Но в следующий раз я лучше буду спрашивать тебя перед сделкой…. У тебя часто возникают гениальные идеи? – Невинно поинтересовался он.

- В следующий раз? – Вычленила я главное. – Ты снова собрался что-то подобное учудить? – Я шагнула к столу и схватила мастерок.

Между прочим, у меня тонкая душевная организация и мне вообще нельзя так нервничать. А ведь мы еще даже не замужем. Что дальше-то будет?

С другой стороны, что бы там не было, мне рядом с Кожевиным было гораздо лучше, чем без него.

Без него я уже нажилась. Там было серо, пусто и как-то безразлично. А сейчас впервые в жизни у меня появилось чувство полной и безграничной защищенности. И счастья. Такого же полного и безграничного, несмотря на то что я не знала, что Слава отчебучит в следующий момент.

-Жизнь длинная, - пожал он плечами, ласково улыбаясь, и шагнул ко мне. Мягко отобрал мастерок и все же крепко обнял, спеленав меня руками.

– Дин, ты же не сердишься. – Выдохнул он мне в ухо.

Я только фыркнула. Манипулятор хулиганистый.

- Не сержусь. – Проворчала, уткнувшись носом в его грудь. – Но я запомнила твой проступок и всю жизнь буду тебе это припоминать.

- Я на другое и не надеялся. – Фыркнул он.

Тишину прервал зазвонивший на столе телефон. Мой. Я нахмурилась, потому что звонила Яна.

- Слушаю. – Ответила.

- Дин, - было слышно, что Яна запыхалась.