Тонкая душевная организация

Она всегда знала, что никто ее кроме меня терпеть не будет и все равно закатывала истерики. – Вдруг принялся оправдываться он.

Я поднялась со стула и с жалостью посмотрела на этого уже немолодого мужчину, который до сих пор так ничего и не понял.

- Мама выходит замуж. Как оказалось, она нужна настоящему мужчине, который любит детей и животных. А самое главное: любит ее. И мне жаль, что она потратила на тебя столько времени. – С чувством ответила я и быстро вышла из комнаты, стараясь не поддаться жалости и не обернуться.

Кожевин задержался за дверью практически на минуту, после чего тоже вышел. И обнял меня за плечи.

- Ты как? – Тихо спросил он.

- Стало легче. – Я прильнула к Славе, стараясь напитаться от него силой и уверенностью в себе. – Теперь я понимаю, что ни в чем не была виновата. Ни в плохо приготовленном обеде, ни в не так поглаженной рубашке, ни в том, что не оправдала чужих надежд. – Усмехнулась.

- Ты замечательная. И самая лучшая. – Он погладил меня по спине.

Я с облегчением выдохнула.

- За что? – Не понял он.

- За то, что ты есть. – Я некрасиво шмыгнула носом.

- Кстати, про еду. Мы обед пропустили. Может быть, стоит наверстать упущенное? – Не стал он докапываться до моей нервной системы.

- Да. – Кивнула я и улыбнулась. – Стоит поесть.

Кожевин довел меня до машины, где я вспомнила, что не успела поблагодарить племянника Ады Лаврентьевны за оказанную мне услугу. Но Слава усадил меня в машину и сказал, что потом сам утрясет этот вопрос.

Я расслабилась. Слава вертел головой, стараясь найти какое-нибудь кафе, где можно пообедать. На худой случай и ресторан бы сгодился. Я же пыталась переварить встречу с отцом. Только сейчас у меня пропало гнетущее чувство собственной неправильности и никчемности. И маме надо бы передать, что не в ней все это время было дело. Пусть порадуется.

Я улыбнулась своим мыслям и повернула лицо к Кожевину.

- А-а-а! – Зажмурилась на секунду.

Машина вильнула, стараясь увернуться от вылетевшей на перекресток «Газели». Слава выкрутил руль и нажал педаль газа. Проскочили… почти. Удар пришелся в заднюю дверь, после чего машину развернуло и отбросило на стоявший на перекрестке светофор. Ну, это я так считала, потому что Кожевин вновь меня удивил и начал дергать ручник туда-сюда и вновь выкручивать руль.

На самом деле прошли секунды, но у меня вся жизнь перед глазами пронеслась.