Тонкие грани

Мои глаза встретились с темным карим цветом глаз нашего ночного спутника. Его волосы не были черными, как мне показалось в ночном сумраке. Они были рыжевато-красного оттенка, а лицо ничего не выражало и выглядело по-детски наивным. Ненарочно поймала себя на мысли, что он не мог быть убийцей. Нет.

- Я никуда не пойду! – я отвела свой взгляд от завораживающе-искренних глаз незнакомца и посмотрела в лицо Рика. – Я не знаю, что ты опять придумал, Рик, но я не хочу… – голос дрогнул.

- Чего ты не хочешь? – он прожег меня взглядом.

- Я не знаю, – честно призналась я. Но эти бесконечные переезды, недомолвки и скрытность разрушали меня изнутри. – Я устала… – опустила я глаза. – Стэнли обещал мне, что никогда больше не оставит меня! – вспомнила я о словах брата. Мне отчаянно хотелось заплакать, но я из последних сил сдерживала свои эмоции.

- Если он что-то пообещал тебе, то так оно и будет, – я сжала кулаки до побеления костяшек пальцев.

- А ты? – я подняла глаза, едва сдерживая поток слез.

- Алисия, – Рик приблизился и нежно коснулся моих волос, – просто доверься мне.

"- Ты не оставишь меня? – я крепко обняла Рика, сильно желая услышать «нет».

- Рик, – голос незнакомца вернул нас к действительности.

- Нам пора, – Рик взял мою ладонь и посмотрел на Джея. – Мало времени.

- Значит, оставишь? – я остановила его.

- Я ничего не могу тебе обещать, – коротко ответил он.

Не знаю, как не подкосились мои ноги в этот момент, и я осталась стоять на земле.

- Я никуда не пойду! – вырвала я свою ладонь из его теплой руки.

Я не бросала ему вызов. Нет. Это было что-то другое. Я просто не хотела идти за ним и сиюминутно жить мыслью, что он уйдет. Жить в напряженном ожидании, когда наступит тот миг и его не станет рядом. Сейчас или потом, все равно будет больно. Так зачем оттягивать неизбежное?

На лице Рика мелькнула тень недовольства и раздражения.

- Ты в любом случае сейчас пойдешь вместе с нами, – холодно изрек он.

- Нет, – я сделала шаг назад. – НЕТ! – громче крикнула я.

Рик смотрел на меня непонимающим взглядом. Но он и не мог сейчас понять меня. Я устала. У меня совершено не было сил. Ни бороться, ни жить. Эта неизвестность в некотором смысле становилась для меня черной бездной.