Тонкие грани

Но я даже не знала куда бить... Я совершенно ничего не знала о приемах самообороны в таких ситуациях. Мысленно я настроилась на защиту и возможное нападение. Несмотря на мощную комплекцию собаки, я могла бы дать ей отпор, но потихоньку сковывающий страх отключал все инстинкты самосохранения и единственное, что я могла делать – это неотрывно смотреть, как сверкали в темноте злые глаза Потрошителя. А как еще было его назвать? Он же не облизать меня сейчас собирался. Какого черта здесь вообще делала эта огромная собака?! Хозяева стоянки пожадничали на охранника и привезли оголодавшего пса? Кстати, его вообще кто-нибудь кормил? Собаки точно не едят человечину? О, Господи, я не хотела умирать в муках.

Быть разорванной на куски животным... Все что угодно, только не такая смерть… Мне даже бежать было некуда, вокруг стояла одна темнота.

Я выставила руку с бутылкой вперед, собираясь нанести удар, если собака все же решит совершить на меня нападение. И она, почувствовав мой замысел, грозно зарычала, медленно приближаясь.

Разве она не должна наброситься? Я сделала шаг назад, не разрывая с ней зрительного контакта. Из-за темноты, было плохо видно, был ли на ней ошейник или нет. Хотя что бы дала мне эта информация? Инициалы хозяев и кличка собаки меня навряд ли сейчас спасли... Кричать бессмысленно. Сопротивляться… а вот это можно попробовать. Это единственное, что оставалось.

Сделав еще шаг назад, я уперлась спиной в ствол дерева. Все. Отступать больше некуда. Потрошитель смотрел на меня бешеными глазами, и я даже, клянусь Богом, заметила, как напряглись его мускулы, готовясь к нападению.

Со всей силой, что была, я сжала бутылку в руках, в тот самый момент как ротвейлер издав грозный рык, сделал прыжок в мою сторону. Замахнулась бутылкой и развела ею воздух, одновременно зажмуривая глаза. Черт возьми, я даже не успела подумать о смерти! В воздухе раздался глухой свист, и Потрошитель, испустив что-то вроде последнего рычания, смолк. Широко распахнув глаза, я увидела в шаге от себя лежащую псину. Толкнув ту ногой, чтобы удостовериться, что мне больше не угрожала опасность, я громко выдохнула. Темные глаза смотрели на меня тем самым бешеным застывшим взглядом, отчего по телу прошла дрожь ужаса. Но… не успела я отвести взгляда от собаки, как услышала приближающиеся шаги.

Тихий шелест травы под ногами был едва уловим, чье-то частое дыхание поравнялось с моим и я увидела перед собой наглеца, того самого, которому днем преднамеренно разбила машину.