Тонкие грани

– Нет! – уже гораздо тверже произнесла я, но все равно не так убедительно, потому что когда я сделала попытку отстраниться от Рика, на него это не произвело абсолютно никакого эффекта.

Глаза хищника, затянутые поволокой, смотрели в лицо. Это конец. Мой конец. Теперь остаток жизни я буду видеть этот взгляд в ночных видениях. Первый раз в жизни мне захотелось наплевать на принципы, которыми я была опутана с ног до головы. Курить – нежелательно; секс на первом свидании – табу; воровство – смертный грех. Но кому в итоге были нужны все эти ограничения? Для чего, если жизнь так коротка, а мои дни наверняка сочтены?! Я проклинала уже наглеца? Так будь он проклят еще раз, потому что я желала с ним близости, я мечтала, чтобы он посадил меня сейчас на свои бедра и сделал то, о чем буквально кричал этот взгляд.

Воображаемые картинки, мелькавшие перед глазами, были такими яркими и реалистичными, что на мгновение я будто погрузилась в транс, ощущая сильное возбуждение.

- Что, если я предпочту смерть? – мне стоило больших усилий вернуться на землю и буквально вогнать себя в чудовищную действительность.

Наглец долго молчал, внимательно разглядывая лицо. Руки по-прежнему не разжимали своей мертвой хватки.

- Это исключено, – он произнес тоном, не терпящим возражений. – У меня планы на твой счет.

- Отпусти меня, Рик, – попросила я его. И наглец разжал свои тиски! Я поежилась от образовавшегося холода и, сделав шаг назад, прикрыла грудь руками, обнимая себя за плечи. – Тогда на кладбище… Ты следил за мной?

- Нет, приехал проверить на месте ли был медальон.

Ты чертовски не аккуратно припарковала машину...

- Ты намеренно ее разбил? – охнула я.

- Ибо не переношу когда кто-то стоит на пути.

- Но я же не поперёк ее парковала... Ты...

- Наглец? – он криво ухмыльнулся. – Почему ты так торопишься умереть? Льюис явно переоценил тебя… – на лице наглеца читалось недоумение. – Все намного проще, достаточно было надавить на слабое место и ты бы сразу сдалась.

- Что ты имеешь в виду? – я дрожала, но боялась сдвинуться с места, чтобы ненароком не споткнуться и не нырнуть в воду с головой.

– Весь этот спектакль со смертью и предсмертными откровениями – фарс, который должен был загнать тебя в ловушку.

- Но зачем? – я, правда, не понимала мотивов дяди. – В какую ловушку?

- А ты сама не догадываешься?

- Нет, – я по-настоящему поверила в смерть дяди. Пока не увижу его вживую, ни за что не поверю, что так реально можно сыграть собственные похороны.