Топ-модель 2. Я хочу развод

Делает паузу. Снова хрипло, совсем тихо смеется. — Блядь. Так рад тебя слышать, не представляешь себе.

— У тебя всё в порядке? — напрягаюсь. Он какой-то… неестественный.

Сердце скачет, сильная тахикардия заставляет прижать пальцы к груди.

— Порезался. В больницу еду. Боюсь, будут шить.

— Макс! — возмущаюсь. — Ты мясо разделывал, что ли? — Помню, что у них сегодня вечеринка должна была быть в честь удачной операции в Кале. Но не помню во сколько.

— Разделывал, малыш.

— Как ты так неосторожно.

— Буду теперь осторожнее. Я люблю тебя.

— А я тебя. С первого взгляда.

Боюсь, у тебя не было ни шанса. Я просто открыла ту дверь, потому что в коридоре был ты. Просто взяла и открыла. И так хочу открыть снова. Как можно скорее.

— Как зашьют, напиши мне, пожалуйста. Буду волноваться.

— Ложись спать, всё будет нормально. Я думаю. Утром… спишемся.

Ночь выдается изматывающей. Я трижды пью соленую воду и вызываю тошноту, чтобы очиститься, но видимо, доза, которую успела отхватить — была огромной.

Голова трещит, состояние кошмарное — вспоминаю Макса тем нашим первым утром — злого как черт. И понимаю, проснись я сейчас с каким-то официантом, я бы его притопила!

Стоя под душем остервенело тру спину мочалкой, пытаюсь восстановить события вечера и ночи, выходит урывками. Граф уговаривал остаться, осыпал комплиментами, я отказалась. «Замужем-замужем-замужем», — объясняла ему, а он лишь пожимал плечами, дескать — и что?

После душа долго сживаю молоко и истошно рыдаю от тоски по дочке.

Накатывает волнами — тяжелыми, рвущими сердце. Я так хочу к ней! Скулю. Обнять, к груди прижать мое солнышко. Увидеть ее улыбку и целовать, целовать пухлые щеки!

Приведя себя в относительный порядок, обуваюсь в прихожей. Чувствую странный неприятный запах, проверяю ванную — не прорвалась ли труба с канализацией — но нет, всё в порядке.

И только открыв дверь, понимаю, в чем дело — у моей двери в розовой коробке лежит сюрприз. Да, то самое.

Написано крупно на французском: «Шлюхе Ане Февраль».

Качаю головой, захлопываю дверь и набираю Дмитрия.

Телохранитель наводит шороху, с администратором отеля они прослеживают по камерами и без труда вычисляют, кто оставил посылку.

Услышав имя сжимаю зубы.

Колéт. Из-за секундного помешательства мне объявила войну девушка графа.

Вкалываю до самой ночи. Каждую свободную минуту пишу Максу что-нибудь, он отвечает через раз, занят, наверное.