Топ-модель 2. Я хочу развод

Кастет у меня с собой, но пользоваться им в Испании не хотелось бы. Особенно учитывая, что я на подписке от невыезда.

Делаю шаг к графу. Иван, несмотря на то, что секунду назад жаловался на Аню, ни грамма не смутившись переходит на английский:

— Вы нам должны платье ценой в четыре тысячи евро. В гримерке были камеры, у меня есть видео, на котором Колет ведет себя как полная идиотка. И в драку она кинулась тоже первой, — поднимает телефон.

Аня молчит. Иван блефует, никакой записи у него и в помине нет, но поддерживаю.

Граф меняется в лице.

Дмитрий умудряется растолкать охрану и возникнуть у меня за спиной.

— Решаем сами или с полицией? Уж поверьте, скандал я устрою, — достаю мобильник. — Российское посольство у меня на быстром наборе.

— Деньги, штраф, — выдает граф сквозь зубы.

— У меня есть деньги. А у вас?

Колет извиняется долго и сбивчиво. Хнычет, мямлит. Аня не понимает ни слова, слишком плохой у француженки английский, сам с трудом разбираю слова. Аня бросает на меня осторожные взгляды, я киваю, показывая, что нормас.

— У нас еще три встречи на сегодня, и можете быть свободными, — предупреждает Иван, когда в ситуации ставится точка, и мы возвращаемся на свадьбу. Уходит.

Оглядываю зал и произношу вполголоса:

— Да! — подпрыгивает на месте Аня.

Аккуратно мы продвигаемся к выходу. Едва оказавшись на улице — спешим к машине, Дмитрий уже поджидает, прогревая салон.

— Максим Станиславович, куда едем?

— В бар. В маленький местный бар. Любой. У нас девушка умирает от голода.

В машине Аня выглядит восторженной, на лице играет загадочная улыбка.

Психует, что у него планы! Что завтра съемка в десять! Что так не пойдет.

— Я привезу ее в десять. Даю слово.

Мы с женой пялимся друг на друга, пока едем по тихим улочкам испанской провинции. Встреча всё еще кажется нереальной. Оказывается так это просто — купить билет и поехать в аэропорт.

Заваливаемся в небольшой самобытный бар, занимаем дальний столик.

— Конечно я эту Колет легко уделала, она тощая как веревка, руки слабые, ноги — никакие, — лопает паэлью. — Господи, как вкусно, наконец-то мясо!

Мой аппетит всё еще плох после операции.

— У меня небольшие проблемы с законом, — сообщаю ей осторожно. — Поэтому мне лучше не светиться перед камерами.