Топ-модель 2. Я хочу развод

Посидим компанией, давно так не собирались.

Моя очередь прикусить губу.

— Максим… я думаю, Жора по тебе и правда скучает.

— Завидую, честно. Потому что мне скучать некогда.

— Ну я же не об этом.

— Ни к чему, малыш, но спасибо за попытку.

Он смотрит на дорогу, а я — на него. Моргаю несколько раз и произношу:

— Пожалуйста.

Минуту длится пауза.

— Зачем тебе это? — атакует Макс.

Мне — совершенно не за чем. Но это нужно тебе. Мне почему-то так кажется.

* * *Не доехав совсем чуть-чуть до нашего поселка, Максим сворачивает на обочину и поворачивается ко мне.

За последний час окончательно стемнело. Фонари горят исправно, но из-за пробрасывающего снега ощущение, что мы не в столице находимся, а где-то на краю мира. В машине жарко, я давно сняла шарф, расстегнула пальто.

Секунд пять просто молчим. Я рассматриваю снежинки на лобовом, Макс — на мой профиль пялится.

— Что-то случилось? — наконец беру себя в руки.

Он тянется ко мне. Замираю, буквально прирастаю к креслу, лишь сердце ускоряется, когда щеку опаляет дыханием.

Чуть разворачиваюсь, и Максим пробует губы поцелуем. Касается неспешно языком, словно проверяя — я ли это? Со мной ли он только что испытал удовольствие в подсобке? Или это была другая девушка?

Если бы я была в курсе!"

"Позволяю ему в себе разобраться. Сама так же поступаю: прислушиваюсь к ощущениям. Если не захочется — немедленно остановлю.

Максим берет мою руку, пальцы переплетаются.

Вдребезги сердце.

Свободной ладонью я начинаю робко его поглаживать — по плечам, щеке.

Может, излишне ласково, но почему-то кажется, что именно сейчас ему бы хотелось ласки. Мы целуемся быстрее, теперь нежно-страстно, как будто отбрасывая сомнения, не думая, не беспокоясь.

А потом он кладет мою руку на свой пах и, освободившись, притягивает к себе.

Ощущений сразу много! Его ладони гладят, сжимают, трогают. Пах каменный. Я тоже жадно сжимаю и трогаю — наслаждаюсь совершенной эрекцией. Чувствовать, что Максим так сильно желает, что ему так сильно нравится меня целовать, — коктейль ядовитый, сладкий.

Я хлебаю его голодно, не останавливаясь. И продолжаю гладить, сжимать, ощупывать через брюки — воображаю себе его орган. Сглатываю.

Макс не препятствует, и я расстегиваю его ремень. Пуговицы, ширинку. Рукой туда ныряю.

А потом все происходит стремительно. Он снимает куртку и на кресле отъезжает назад, я избавляюсь от ботинок и колготок — неуклюже, но очень быстро. Он раскатывает презерватив. Я оказываюсь сверху. Тесно, неудобно, потолок давит.