Топ-модель 2. Я хочу развод

До показа остается меньше пяти минут, дизайнер вдруг решил, что ему нужны слезы прямо сейчас, ведущего потряхивает от раздражения и беспомощности. Мы — не актрисы. Не учились играть роли, умеем улыбаться, но плакать по щелчку пальцев — выше наших сил. О таком нужно предупреждать заранее.

Но я сделаю.

Иван запихал меня на это шоу в последний момент. Ведущий подходит вразвалочку.

— А ну-ка, Февраль.

Я опускаю глаза, делаю вдох-выдох, вспоминаю вчерашний разговор с мамой. Слезы брызгают из глаз.

Я стою ровно, позволяя им начертить кривой узор поверх косметики.

— Хрена себе. Сань, вот ее в финальное платье. Работаем!

— А как же я? — возмущается модель, которая должна была изначально.

Ее все игнорируют.

— То, что рыжая — ничего? — хмурится Саня, рассматривая мои веснушчатые плечи.

— Ну зачешите ей хвост по-быстрому и припудрите шею. Даепвашумать, живее! Февраль, девочка, не подведи.

— Не подведу.

Бросаю взгляд на модель, которая хочет разорвать меня на части, пожимаю плечами.

Ничего личного, просто я могу расплакаться, а ты нет.

Залаченые волосы больно дерут, зачесывая в пучок, мужественно терплю. Ведущий уже на сцене, следом дизайнер говорит пару слов, кланяется. Время тянет. Наконец, музыка, софиты. Организатор дает отмашку первой модели, вторая готовится.

Шоу стартует!

Привычные теплые мурашки бегут по коже. Раньше я испытывала огромное волнение перед тем, как выйти на подиум или встать перед камерой.

Потом я встретила Максима, и поняла, что значит волноваться по-настоящему. Я ни в коем случае не обесцениваю чьи-то страхи и подвиги, просто у меня жизнь сложилась таким образом, что я испытала то самое яркое головокружительное чувство, которое и ведет по жизни. Иногда, в такие дни, как вчера и сегодня, только оно и любовь к дочери помогает держаться.

Я не ничтожество. Я бриллиант, и я докажу это.

— Февраль, готов-сь!

Киваю. Модель, которую вытеснила в последний момент, проходя мимо грубо толкает плечом.

Это замечают все, но я полностью игнорирую. Смотрю вперед. Настраиваюсь. Пошла она в задницу, это моя работа. В зале мой муж.

Организатор дает отмашку, и я выхожу.

Софиты слепят, платье безобразно длинное, колючее и тяжелое. Это авангард, такие вещи не продают в магазинах, они ненужны никому. Наверное, у далекого от фешн-индустрии человека они вызовут приступ истеричного смеха.