Топ-модель 2. Я хочу развод

Сейчас мы тоже будем созваниваться, но он будет в другой стране.

На той неделе я забронировала дом в Подмосковье, такой небольшой и не особенно заметный. Там будут прятаться Анастасия Кусаивнова, ее дети и еще несколько женщин во время чистки Кале. У Насти-Лалы есть дальний родственник, который живет в таборе в другом городе, их там примут. Она решилась.

Боюсь ли я, что он бросит всё и поедет с ней?

Подстраховаться на такие случаи невозможно. Остается доверять и быть собой. Он ведь мне доверяет.

Уложив дочку, мы долго занимаемся любовью.

Сначала жадно, быстро, на грани с грубостью, потому что обезумели от грядущего расставания. Затем медленно и сладко. Неспособные оторваться друг от друга, прекратить, сделать даже короткую паузу.

В конце я, вымотавшаяся настолько, что не в силах разговаривать, полулежу на диване, закинув ноги на его колени, Макс машинально массирует мои ступни. Полностью голый. Да и я обнажена.

Хмурится, что-то опять свое думает. Периодически целует мои ножки.

Он… из тех, кто неравнодушен, хотя и отрицает это. И дело не в принципах, не в его конфликте с Кусаиновыми, не в проклятье, конечно, и уже давно не в юношеской любви к Лале. На голых чувствах так долго не протащишься. Просто некоторые люди держатся за власть всеми силами, как, например, Анхель Кусаинов, который в юности мечтал о добре, а потом поверг свой дом в еще больший хаос, а есть те, кому такое поперек горла.

Максим ввязался в противостояние и доведет его до конца. А меня ждет Париж, Жан и подиум.

Удивительно, как наши судьбы смогли пересечься, и не поломаться.

Еще удивительнее, что мне больно уезжать. По ощущениям, я почти не хочу этого.

Глава 40

Макс

Коротко инструктирую Кирилла еще раз.

— …И главное — держись уверенно. Если не понимаешь, о чем речь, никто в здании не должен об этом догадаться. Лги даже под угрозой смерти.

Избиратели должны быть уверены, что хоть кто-то в этом мире понимает, что происходит. Им тогда лучше спится. Создавать видимость порядка — одна из важнейших задач политика.

— Понял, — отвечает Кирилл отрывисто, серьезно, будто парня и правда собираются пытать каленым железом.

— Все жалобы мне на стол. И не забывай о вежливости.

— Всё будет отлично, Максим Станиславович. Вот увидите.

На работе брат Ани соблюдает субординацию. Удивительное дело — парню крайне зашло взаимодействие с народом. В математике, технике, продажах — не силен. В том, чтобы болтать о ерунде — гуру.