Топить в вине бушующее пламя печали

До тех пор, пока они не достигнут вершины горы и тяжелой воды, чтобы, наконец, обрести место, где их будет ждать покой, и торжественно не попрощаются с миром людей.

Сюань Цзи в одиночестве сидел на алтаре, его оболочка солидного, уступчивого и лукавого человека на мгновение исчезла. В ярком солнечном свете он выглядел изможденным и одиноким. Прислушиваясь к жужжанию насекомых в «собрании памятников», ему вдруг захотелось закурить сигарету.

В этот момент в его ухе раздался «щелчок», и Сюань Цзи остановился, оглянувшись на звук.

Одна из стел в «собрании памятников», вдруг, треснула.

Примечание переводчиков: редактура первого тома по новой версии завершена.

Шэн Линъюань помнил, что его поразил великий гром. Его тело рассыпалось в прах, а душа испарилась. На этот раз он, наконец, мог упокоиться с миром и проспать еще хоть восемь тысяч лет. Однако, после недолгого сна, его снова разбудили.

В прошлый раз, он имел неудовольствие «встать не с той ноги», но в этот раз он был настолько ошеломлен, что даже не мог пошевелиться.

Пробуждение от темного жертвоприношения прочно отпечаталось на его костях1. Даже несмотря на то, что его плоть была уничтожена, его сознание все еще содрогалось от боли. Весь его разум, казалось, был погружен в страдания. Кроме того, у него вообще не должно было быть никакого «тела», где уж тут было притворяться… Что вообще произошло?

1 刻骨铭心 (kègǔ míngxīn) — выгравировать на костях и запечатлеть в сердце, обр.

запечатлеть глубоко в душе; навечно запомнить; незабываемый, век не забыть.

Почему эта никчемная молодежь никак не перестанет поклоняться демонам?

Вдруг, до его ушей донесся грохот барабанов. Шум становился все более и более отчетливым, сплетаясь с голосом задыхающегося человека, изо всех сил пытавшегося закричать. Некоторое время Шэн Линъюань терпеливо слушал, но так и не смог разобрать ни слова. Головная боль усилилась настолько, что его череп готов был расколоться. Он подумал: «Где этот демон, решивший порыдать над могилой?»

В то же время послышался звук приближающихся шагов, и кто-то помог ему подняться.

Боль от тысячи порезов еще не прошла, и все его чувства сейчас были несколько притуплены. Через некоторое время Шэн Линъюань понял, что этот «кто-то» взял тряпку из неизвестного материала и принялся беспорядочно стирать грязь с его тела.

Шэн Линъюань поспешно «моргнул». Прямо перед ним находилось чье-то лицо.