Топить в вине бушующее пламя печали

Человеческая раса невосприимчива к ней, семь их отверстий наглухо закрыты, но все остальные кланы так или иначе способны были впитывать эту силу. Во времена «Второй битвы при Пинъюань» человечество победило, но мир был слишком хрупок. Даже не считая тех немногих из расы демонов, кто примкнул к людям, вроде полукровок, гаошаньцев, шаманов и других, если в будущем Чиюань стал бы сильнее, разве упустили бы они такой шанс? Тогда людям пришел бы конец. Если бы мы ничего не сделали, нам пришлось бы повторить ошибки Великой битвы.

В конце концов, нам предстояло решить, от чего отказаться и по какому пути идти. Именно поэтому у нас с Дань Ли возникли разногласия.

Голос Шэн Линъюаня был мягким и спокойным. Слушая его, Сюань Цзи словно погружался в транс. Вдруг, он вспомнил тот ночной разговор юноши и духа меча из своего сна. Его сердце тут же пронзило болью, будто в него вставили иглу.

Он поспешно оглянулся и встал, намереваясь включить в палате свет, попутно установив температуру кондиционера на самую низкую.

Послышалось жужжание и вспыхнувшая лампа полностью развеяла атмосферу старины. Электроприборы, олицетворявшие мощь современной науки и техники, вернули его к жизни, крепко держа его разум в двадцать первом веке.

Сюань Цзи потер лицо.

— Дань Ли хотел истребить всех ваших союзников, чтобы никогда не получать от них дурных вестей? Думаю, именно так он и поступил с кланом шаманов.

— Сначала шаманы, потом гаошаньцы, — кивнул Шэн Линъюань — Вэй Юй пал до того, как исчез его клан.

Мы знаем, что всему виной была его жадность, но, с другой стороны, здесь просто не могло обойтись без помощи Дань Ли.

Внешне Сюань Цзи остался совершенно спокойным, но в его сердце вонзилась еще одна игла.

Оказалось, что Дань Ли специально принес дух меча демона небес в жертву, чтобы разжечь конфликт между людьми императора и правителем клана гаошань.

Шэн Линъюань продолжал:

— В те годы сила демонов иссякла, они рассеялись по всей стране. Трое близких к людям представителей расы: шаманы, гаошаньцы и клан теней были уничтожены.

Гаошаньцы давно были обречены на гибель, а клан теней погоды бы не сделал. Дань Ли думал, что это хорошая возможность избавиться от них. Всю свою жизнь мы никак не могли решиться убить своего учителя. Напротив, мы были самым настоящим мечтателем.

— Вы… хотели сохранить видовое разнообразие? — с осторожностью спросил Сюань Цзи.

Шэн Линъюань, казалось, нашел его слова очень интересными.