Топор любви, или блондинка на велике

С детства ее помню. Малая еще лазила в тетин Нюрин палисадник и воровала малину. Так вот кусты этой самой малины разрослись и вымахали в человеческий рост.

Кое как, шипя и тихо матерясь залезла я, значит, в эти кусты и принялась понемногу пробираться. Исцарапалась вся, искололась, но добралась до окошка, а там уже, осторожно вынув из рамы остатки стекла, забралась на отлив.

Спасибо моему гибкому и сильному телу профессиональной танцовщицы, хватило сил подтянуться и пропихнуть свое тело в узкую створку старого окна.

Внутри все оказалась не так уж и плохо.

Я, признаться, ожидала, чего угодно. Разбитое окно навевало на мысли, что здесь нашли себе пристанище местные бомжи и наркоманы.

То ли в селе Трудолюбовка они перевелись, то просто по старой памяти обходили дом покойной Нюрки стороной, ибо слава у нее при жизни был ого -го! Не женщина была, а огонь. Такая и коня на скаку остановит и кабана завалит, и мужика построит. Наверное, поэтому замуж она так и не вышла. Характерец.. .м-да-а-а...

Последнее навело меня на мысль, что я характером верно в нее пошла, а иначе как объяснить то, что на мне мужики тоже жениться не хотят.

С трудом отбросив невесть откуда взявшиеся самобичевальные бредни в моей голове, принялась осматривать свое наследство.

Убранство дома осталось совершенно нетронутым с тех самых времен, когда я босыми ногами с содранными в кровь коленками бегала тут по свежеекрашенному полу и радовалась.

И не вспомнить теперь.

Зато в памяти так и всплывали предметы обихода, что хранились в этом доме до самых пор.

Вот и сервант с отломленной ножкой, а вот и старая панцирная кровать, диван-софа, на которой так любила ночевать мама, и даже старинные часы с кукушкой были на своем почетном месте.

Словно и не прошло тех десяти лет, а тетя Нюра просто вышла за хлебом и скоро вернется обязательно с конфетами и мармеладом к чаю.

Убедившись, что жить в доме худо-бедно можно, я приободрилась, но как оказалось зря, потому что пару раз целкнув выключателем, стало ясно - в доме отрезан свет, а газа тут и вовсе никогда не было.

Это могло значить только одно - если я не хочу околеть тут ночью и хоть как-то просушить от сырости дом, то нужно разжигать печь.

А как это сделать черт его знает.

- Гугл в помощь! - радостно воскликнула я и достала из кармана толстовки свой яблочный смартфон.

И каков же был облом, когда мобильный интернет показал мне кукиш, а страница браузера даже не загрузилась.

Вот тебе и двадцать первый век.