Торговец душами

– Он был у вас первой любовью? – поинтересовался доктор.

– Такой – да.

– А вы у него?

– О нет, – я горько усмехнулась. – Васт старше меня на восемь лет. И уже был женат. Они с женой развелись еще до нашего знакомства, но с ней остался их общий ребенок. Дочка.

– Даже так, – кивнул лен Кулидж.

– И ведь все было хорошо. – Меня как будто прорвало. – У нас были прекрасные отношения. Мы не просто любили друг друга, но и по-настоящему уважали. Я даже с его дочкой подружилась, мы ходили на прогулки, она оставалась у нас на выходные.

Ей всего десять, но девочка прекрасно понимала, кто я такая и какое место занимаю в жизни ее папы. То есть, занимала…

– Что же пошло не так?

– Его жена. Эта гадина решила, что ее бывший слишком хорош, чтобы достаться мне. И захотела его вернуть. Хитрая такая, действовала через дочку. Сначала «ой, дорогой, останься на ужин». Потом «позанимайся с Анни, они такую сложную тему в школе проходят». «Задержись у нас, Анни не может заснуть без тебя». «Приезжай на выходные, дочка болеет, ей так грустно».

Ну и мозги ребенку промывала, куда без этого? Когда однажды девочка спросила прямо при мне: «Папочка, а почему ты все время меня бросаешь?», я поняла, что что-то не так. Но спохватилась поздно. Васт уже сидел на крючке. И в один прекрасный день заявил, что любит меня, но возвращается в семью.

Я закрыла глаза и зажмурилась, прерывисто вздохнув. Очень жаль, что у меня не получается плакать по заказу, но пусть хотя бы так.

– Сейчас они вместе? – спросил доктор Кулидж.

– Да, – выдавила, не открывая глаз.

– И у них все хорошо. Вроде бы, даже снова собираются пожениться.

– Как ваша семья отреагировала на разрыв?

– У меня нет семьи, – выдала свою легенду. – Родители уже давно живут на другом конце света, и мы не общаемся.

– А друзья?

Я неопределенно повела плечами.

– Друзья… Я не слишком общительный человек.

Так и все наши жертвы Гнили. Без семьи, без близких друзей, без тех, кто мог бы заподозрить что-нибудь неладное.

– Что вы чувствовали, когда поняли, что остались одна?

– Боль, – ответила я.

– Отчаяние. Злость. И на Вастена, и на его жену.

– А на себя? – как-то вкрадчиво поинтересовался Арн Кулидж.

– И на себя, – медленно кивнула головой. – Что не поняла раньше, не удержала.

Гниль мне в бок, чувствую себя змеей на раскаленной сковородке. Надеюсь, именно такого ответа от меня ждал психолог.

– Это были ваши первые отношения? – тот вдруг сменил тему.

Я искренне постаралась сделать очень несчастное лицо. Думаю, получилось.