Торговец душами

Очень интересно…

Я напрягла память и вспомнила, что линии Фаллея – это что-то из области аур и энергетики живого.

– Да? – скептично выгнула бровь подруга.

– Да, – ее начальник не обратил на скепсис никакого внимания. – К вам трупы попадают уже без ауры, так что вы могли забыть, как выглядят эти линии. Но другому врачу сразу видно.

– А вы по специализации кто? – подала я голос.

– Общая хирургия, но стажировался по нейро– и энергологии. Доктор Хольдберг, как они вам?

– Похожи на шрамы или ожоги, – Юсса окончательно перестала ершиться.

Доктора чуть ли не носами ткнулись в грудь Кову, казалось, забыв обо всем на свете.

– Да, похожи. Или даже на язвы. Я не знаю болезни, которая бы могла их оставить. Каждая примерно сантиметр в диаметре, кратерообразное дно, без очагов воспаления. Но эпителий полностью изменен. Вы записываете, доктор Хольдберг?

– Угу.

– Интересно, на сколько глубоко они уходят?

Он выпрямился, достал из кармана халата смарт и сделал несколько снимков. Отошел от стала и кивнул Юссе:

– Работайте, доктор Хольдберг.

– Я сейчас попробую его просканировать, – сказала та и полезла в шкаф.

Большая прямоугольная пластина с двумя ручками, видимо, была тем самым сканером. Юсса сосредоточенно потыкала пластину пальцем, потом схватилась за ручки и поднесла сканер к голове убитого. Из артефакта вырвалась полоса зеленоватого света, но тут же потухла.

– Сканер неисправен? – нахмурился главврач.

– Нет, – растерянно пробормотала Юсса, проверяя какие-то настройки. – Просто он не видит тело.

– То есть как это?

– Сканер магический, – подруга со вздохом отложила прибор. – А на этого типа магия не действует. Вообще никакая.

– Магия не действует? – переспросил доктор Рингер, поправив очки. – Она действует на всех, даже на вампиров.

– Тогда вы видите первое в своей жизни исключение, – скривилась Юсса.

Я скривилась тоже. Тот факт, что Кова все еще защищала Гниль, лишал нас целого списка полезных способов магической диагностики. И теперь мы были точно уверены, что этот иммунитет связан именно с ней, потому что Тагриан не нашел на теле никаких артефактов или амулетов.

Сейчас Гниль все еще сидела в трупе. Она широкими лентами выплывала из его груди и спины, стелилась по металлу секционного стола и срывалась вниз, оседая на полу некрасивыми черными пятнами. Пока врачи разбирались с инструментами, я во все глаза рассматривала Кова, пытаясь понять хоть что-нибудь. «Воротами» Гнили были те самые странные шрамы, но Свищ найти не получалось.